Надюша

И первое отличие было в том, что в комсомол принимали не всех скопом, а группами: сначала лучших из лучших, просто лучших, затем лучших из худших и наконец всех остальных. К окончанию школы в Надюшином классе, как и во всех остальных, была стопроцентная охваченность комсомолом, что было предметом гордости школьного руководства. Из председателей совета дружины Надюша без особых усилий перекочевала в секретари комсомольской организации школы.

1968 год

Близились выпускные экзамены, а Надюша наверняка знала только то, что продолжит учебу в вузе.

В каком именно? Здесь начиналась полная неопределенность и путаница в мыслях. Девушка, как ни старалась, даже под микроскопом не могла найти в себе хотя бы мало-мальский след призвания. Мама советовала стать врачом.

– А что, – говорила она, – иди в терапевты: всегда чистенькая, всегда в белом халатике. В хирургию не надо, там не каждый выдержит.

– И то правда, – вторил ей отец.

 – Профессия самая что ни на есть интеллигентная. Ну и нас в случае чего лечить будешь.

Надюша прониклась этой идеей и даже стала прибегать к матери во время ее дежурств, чтобы поближе познакомиться с выбранной профессией. Но скоро та же Татьяна Сергеевна стала отговаривать дочь, предлагая «выучиться на что-то другое». Оказалось, что Надюша абсолютно не переносит вида чужой крови: стоило ей увидеть окровавленного человека, как приходилось оказывать экстренную помощь больному, а «юную врачиху» приводить в сознание от глубокого обморока.

Решение нашлось само собой, простое, как все гениальное. Сосед по парте, вихрастый Венька, про каких обычно говорят – ботаник, принес в школу справочник для абитуриентов, и Надюша выпросила взять домой любопытную брошюру. Вечером, сидя перед телевизором, Надюша одним глазом изучала наименования различных вузов и образование, которое можно получить в каждом из них.

Другим – смотрела какой-то фильм, в котором пафосно изображали жизнь на какой-то большой стройке: юная девушка-инженер, вчерашняя студентка, горячо доказывала ретрограду-рабочему со стажем, что тот строит абсолютно неправильно; ее пылкость была так притягательна, что Надюша невольно уставилась в экран. Но вот кадр сменился, пошла величественная панорама стройки, и Надюша снова бросила взгляд на книжную страницу.