Выбор судьбы

Глава четвертая

Однако отвечать пришлось раньше, всего через минуту Берест осторожно поинтересовался, кто эти всадники, с которыми она путешествует.

– Десятка воинов князя клана Куницы, – кротко сообщила княжна, с удобством облокотившись о надёжную грудь жениха, и, понимая его недоумение, добавила: – Отец послал их тебе в помощь. Ну и меня в дороге защищать.

Против такой помощи будущего тестя Дикий не имел никаких возражений. Радмир мудр и заботлив, это известно даже в клане Ястреба, несмотря на вражду последних лет.

Хотя, если вдуматься, особой вражды и не было, не общались между собой только княжеские семьи. Торговцы и селяне, как и прежде, ездили по делам и в гости, а князья упорно «не замечали», как помогают друг дружке их воины.

Смущало ястреба другое, где Веся могла повстречаться с отцом?

– А Радмир… жив и здоров?

– Да, – ответила куница и скосила через плечо на жениха лукаво смеющиеся глаза, – до него дошел слух о планах степняков… Думаю, Шангор постарался. Батюшка первым проехал через мост из Забрега… добирался до Ставина и день, и ночь.

Теперь собирает отряд, намерен через несколько дней подойти к низовьям Хорога.

– Полезная новость, – кивнул Берест и смолк, хотя хотелось узнать поподробнее, зачем Веся отправилась в Ставин… Хотела вернуться домой или просто опасалась ехать по другой дороге?

Однако десятка воинов, с которыми куница ехала к Хорогу, была уже совсем близко, а при посторонних ястреб не желал обсуждать никаких личных вопросов. Судя по тому, как торопливо натянула свою маску Веся, девушка тоже не испытывала к воинам особого расположения.

– Где вы собирались остановиться на привал? – огорчённо поглядывая на мех, которого вместо пушистой косы куницы теперь касался его подбородок, тихо осведомился Берест.

– У ручья, это через три версты.

– Знаю, – кивнул он, усмехнувшись в душе еще одному совпадению.

Как ни странно, они часто поступают и мыслят одинаково, это он заметил еще тогда, в ночном лесу, когда метался между братьями, не зная, к кому первому бежать на помощь.

Словно не в разных кланах и домах выросли и не разные были у них судьбы. И он жил не прячущимся под маской уродцем, а хорошенькой любимицей сородичей, как Весеника. Еще один незаданный вопрос при воспоминании о прошлой жизни княжны прижёг душу незабытой горечью, даря понимание, сколько их еще может возникнуть, острых и назойливых, как занозы.

– Добрый день, – выехал навстречу крепкий воин средних лет. – Я Долен, десятник.