Во власти демона

Со второго яруса корчмы доносились громкие стоны тех, кто уже поднялся наверх, чтобы отдаться постельным утехам, но меня это мало интересовало.

Мне не нравилось то, что избранных девушек, пусть и человечек держали в подобном месте. Когда я был здесь последний раз, этот постоялый двор не был похож на дешёвый притон.

– Решил сделать из корчмы блудилище? – задал вопрос, но ответ мне был не нужен, я итак все прекрасно видел и понимал. – И как же твои воины охраняют город? Как собираются отражать нападение орков? Со спущенными штанами и с затуманенным шедерхом разумом?

К тому моменту, как я договорил, в помещении стало тихо.

Девицы испарились с глаз долой, а наёмники поднялись на ноги и подобрались, стараясь скрыть свое состояние. Даже сверху стоны и грохот стихли.

Я бы честно этим тварям рога пообрубал, но Акхмалл приказал разобраться только с Махржем, поэтому мой меч остался на месте, хоть руки так и чесались вытащить его и лишить наёмников достигнутого второго и третьего рангов.

Рога у демонов, если их отрубили пропитанным магией мечом или другим оружием высшего, отрастают очень долго.

Пока демон отрастит достаточного размера и подходящего цвета рога, ему долго придётся жить в статусе низшего и совершить множество поступков для того, чтобы демоническая кровь стала сильнее. Каждый уважающий себя демон стремится к тому, чтобы достичь хотя бы третьего уровня, ведь тогда можно будет попытаться создать ашхима и установить с ним связь. Иметь личного ашхима – это значит быть достойным места в числе воинов Хэймара, защитников земель Акхимнесса. Это конечно не касается высших, у них дети рождаются уже с сильной кровью, кровью правящих.

– Дозорные на местах. А эти астолопы пришли отдохнуть, – заикаясь, проблеял Махрж.

– Обо всем этом я доложу Повелителю и он примет решение. Сейчас я хочу забрать отмеченных. Где они?

Терпение мое было на исходе. Если этот изворотливый змееныш ещё и с товаром что-то намудрил, то ему точно не жить.

Глава 9.

Ева

Сказать точно, сколько времени я провела в заточении на цепи, было крайне сложно. Время тянулось, словно густая липкая субстанция, а эмоции постепенно притуплялись, оставляя в организме лишь дикое чувство голода, которое заставляло подобно дикому зверю кидаться в сторону очередной брошенной лепешки.

Мы с Айшэ практически не разговаривали, потому что на это попросту не было сил.

Отчаяние окончательно завладело разумом тогда, когда закончилась вода.