Надбавка за вредность

И в школе я не просто так кружок взяла – может и поднакопим чего. Выкрутимся.

В этом вся моя мама.

Отец вернулся вечером с садком, полным окуней да красноперок. Зычно заулюлюкал, увидев меня. Ну правда, как будто год не виделись! Миниатюрная мама рядом с высоким и чуть грузным папой смотрелась, как нежный цветок, прижавшийся к огромному дереву.

Родители упросили меня остаться на ужин – не смогла отказаться, и поэтому возвращалась в город уже затемно. Особенностью дачного поселка Леменево и дороги, ведущей от него к городу, было практически полное отсутствие сотовой связи – «ловил» всего один сотовый оператор.

Поэтому когда я оказалась на связи, телефон чуть не задохнулся от приходивших и приходивших сообщений. Было даже несколько пропущенных вызовов – один от Лены, два от Настасьи и еще два от незнакомых номеров. Причем, разных. Первый – часов в пять вечера, а второй – всего десять минут назад.

– И какой же из них твой, Максим? – задумчиво протянула я.

А может вообще не отвечать на телефон от незнакомых абонентов? Вряд ли будет что–то срочное. А если и будет, то от людей, которых я знаю.

Перезвонив Насте, узнала, что она уже вернулась в квартиру – Славик позвал ее в воскресенье вечером в ресторан. А на подготовку подруга тратила баснословное количество времени. Коротко похихикивая над вчерашним нашим состоянием, договорились утром встретиться.

После набрала Лене. Та ошарашила.

– Значит так, Ржевская. Я всю ночь думала – нельзя тебе спуску давать.

А потому будем менять твою жизнь.

– И что же конкретно тебе не нравится?

– Да все, – бескомпромиссно заявила подруга. – Я взяла твое личное дело. У тебя во вторник день рождения, а ты молчишь!

– Не такое большое событие, – отмахнулась я.

– Кира, – я как будто даже видела, что Лена закатила глаза. – Не хочу с тобой сегодня спорить. Но! Я решила сделать тебе подарок.

– Только не это, – мрачно просипела я.

– Это–это! Так что слушай сюда.

Завтра с самого утра идем в салон. Будем делать из тебя другого человека. Чтобы ты думать больше не смела о своей, – Лена смешно изменила голос, – психологической травме.

– Отказ не примешь? – понимая, что грозит, попробовала отнекаться я.

– Нет, – что–то мне это напоминает. Второй раз за один тот же день – перебор. – Кстати, Кира. Тебе какой цвет больше нравится?

– Э–э–э? – замычала я, не понимая, к чему клонит Лена.