След Белой ведьмы

Стряпчий признался Алексу, что тот до последнего ждал, что не дочь, так хоть внук явятся… Не дождавшись, уже на смертном одре, внес в свое завещание последнюю, но самую главную правку…

Интересно, знает ли Кулагин о нюансах дедова завещания? На простака он не похож, хоть и пытается им казаться – выдает въедливый, расчетливый взгляд. Наверняка знает.

Лиза, что за обедом, что теперь, больше молчала, что было для нее совершенно не свойственно. Алекс уж забеспокоился – не больна ли? Впрочем, больной она выглядела не больше, чем обычно: бледна, как всегда, сверх меры.

Зато избавилась хотя бы на вечер от пенсне. Алекс даже разглядел, что без толстенных стекол глаза у Лизы очень даже хороши – большие, ясные, кристально?голубого цвета. Длинные белокурые волосы – главное свое достоинство – она сегодня собрала в прическу простую, но милую и украсила живыми орхидеями. И те же орхидеи приколола возле декольте. Довольно впечатляющего, к слову, декольте.

Нет, блеклые блондинки вроде Лизы совершенно не были во вкусе Алекса, но интерес к ней Виктора Алифанова он в принципе мог понять.

Лиза была недурна. Особенно когда молчала.

Жаль, продлилось это не до конца вечера.

– Вам нравятся орхидеи, Александр Николаевич? – вполне невинно поинтересовалась Лиза, отследив, наверное, его взгляд.

Время было позднее, и Кулагины просидят у них едва ли еще больше часа. Было бы здорово за этот час не поссориться с Лизой. Поэтому Алекс ответил как мог уклончиво:

– Я размышлял, Елизавета Львовна, что, наверное, непросто было достать живые орхидеи в это время года.

– О, тоже подозреваю, что отыскать такие было ох как не просто! – со смехом встрял Лизин отец – да подмигнул Алексу, будто что?то имел в виду, а затем продолжил: – Но Лизе, по счастью, цветочки достались легко: очаровательную коробку принесли к нам на дом нынче утром.

Матушка легонько задела его носком туфли под столом, да Алекс не придал значения.

– Вот как? – изобразил он вежливое удивление.

А Кулагин, хотя шампанского сегодня не пили, веселился все больше и больше:

– Ох и шутник вы, Александр Николаевич! Полно вам! Прислали букет, а теперь смущаете девицу – на Лизе уж лица нет!

Алекс запаниковал, смутно догадываясь, что произошла ошибка.

– Позвольте… я прислал? С чего бы мне посылать Лизе цветы?

Матушка второй раз задела его носком туфли – уже настойчивей, а Лиза и правда менялась в лице: на ее бледных щеках даже стал прорезаться румянец.

А потом она опять резко побледнела.