След Белой ведьмы

Да, о его романе с Милли дед, разумеется, знал. Да все, кто хотя бы раз бывал в столице, о нем знали – Алекс не таился! И раз Милли всего лишь театральная певица, о которой ходили бог знает какие слухи и которая, по мнению ханжеского большинства, совершенно не подходила для законного брака, дед надеялся, что Алекс наступит себе на горло, оставит Милли и женится на какой?нибудь подходящей девушке вроде Лизы Кулагиной.

Дед собирался заставить его сделать тяжкий выбор и признать?таки, что в нем гораздо больше от прижимистых купцов Дорониных, чем от легкомысленных дворян Риттеров.

* * *

Уже давно стемнело, и на небосводе то там, то здесь ярко загорались звезды. Как назло, даже прохожих не было в этот час. Во всей округе, кажется, поселилась мертвая тишина…

Алекс, тяжело опершись на ограду набережной, вглядывался в замерзшую реку и больше всего на свете не желал оборачиваться. Снова он чувствовал на своей спине долгий, молящий взгляд. Почему она ходит за ним? Чего хочет?! Ежели она и впрямь призрак, то помочь он ей точно не в состоянии!

И все?таки скрип снега за спиной становился все более и более отчетливым.

Алекс даже слышал уже легкое дыхание и шорох женских юбок. Не оборачиваться! Ни за что не оборачиваться!

– Алекс!..

Голос Лизы Кулагиной все?таки заставил его вздрогнуть. Алекс живо выругал самого себя – и все?таки обернулся.

Усадьба горного инженера и нынешнего градоначальника Кулагина находилась по соседству с дедовым особняком, дальше по набережной: Лиза наверняка увидела его в окно.

А Лиза – барышня деятельная, после давешнего разговора следовало ждать, что она захочет объясниться.

Впрочем, сейчас она решительной не показалась.

– Вижу, от орхидей вы все?таки избавились? – поинтересовался Алекс, стараясь казаться насмешливым.

Лиза даже головного убора не надела, куталась в меховую шубку. Неужто так торопилась поговорить?

– Не следовало и вовсе их трогать, да батюшка настоял. Я с самого начала знала, что это не вы цветы послали.

– Знали? – изумился Алекс.

С ответом Лиза помедлила, подбирая слова:

– К цветам письмо прилагалось, убористо подписанное. А ваша правая рука… Словом, я знала, что это ваша мать. Но речь не о том.

Алекс дернулся, убрал искалеченную руку за спину, снова и снова проклиная себя, но Лиза, слава богу, на него и не смотрела. Глаза ее (все еще без пенсне) беспокойно метались, пальцы трепали мех на отвороте рукава.