Шампанское для аферистки

Девушка, плохо соображая, что делает, нашла телефон и набрала номер Пашки. Она тогда и не думала, что скажет ему. Наверное, что-нибудь грубое, резкое, чтобы отомстить…

– Да! – устало ответил старший брат.

– Я знаю, что это ты удалил фотографии, – не своим голосом произнесла Оксана. Она была очень зла.

– Какие фотографии? – спросил он и ждал ответа.

Оксана тоже молчала, хотела, чтобы он признался сам.

– С Грегом твоим, что ли? – ответил, наконец, брат и усмехнулся.

Точно – он. Откуда еще Пашка мог знать про Грега, Оксана ведь ему ничего не рассказывала.

Еще и издевается…

– Ты, ничтожество, – звенящим от ярости голосом сказала она, – если ты сегодня же, сейчас же не вернешь фотографии, я… я тебя прибью! Раздавлю! Я сделаю так, что ты больше ни копейки не получишь, ни от мамочки, ни от папочки. Ты вообще дорогу сюда забудешь!

– Ты кем себя возомнила, принцесска? – в голосе Паши появились холодные и очень неприятные нотки. – А теперь слушай – фотографии твои я не брал и даже не видел их.

Ты подумай лучше, кто из приятелей твоего Грега мог в компьютере копаться. Кроме тебя ведь еще кто-то помогал ему родителей грабить, правильно? – он снова усмехнулся, давая понять, что знает все. – Ты меня поняла? А теперь валерьянки иди попей, истеричка.

И отключил телефон.

Оксана стояла посреди комнаты – растерянная и испуганная. Пашка тоже считает, что квартиру ограбил Грег. Кроме того, он думает, что она, Оксана, Грегу в этом помогала! И ведь он собирается рассказать эти бредни родителям… А они могут и поверить.

Стоять не было сил. Хотелось добраться до кровати, зарыться под одеяло, под подушки и заснуть – навсегда заснуть. Чтобы не слышать, что наговорит мама, отец, дедушка. Как жить после того, как вся семья решит, что она воровка, позор семьи – она не знала.

Оксана лежала, укутавшись в одеяло, без сна, с сухими воспаленными глазами, час или два. Ее знобило, но истерика дано прошла, мысли строились на удивление плавно и логично.

До сего дня девушка была уверена, что персональный конец света наступит для нее, если Грег никогда больше не приедет. Сейчас же она вдруг поняла, что могут произойти вещи гораздо более неприятные.

Нельзя, ни в коем случае нельзя, чтобы на семью пала тень. Пропадет семья – пропадет и сама Оксана. А сейчас еще она вполне может все исправить.

Девушка резко откинула одеяло, тщательно причесалась у зеркала, до конца продумывая план.