Испытание Лукоморьем

А уж выжить в Лукоморье дано не каждому.

* * *

День Юли всегда начинался одинаково: с раннего пробуждения. Если другие люди со звоном будильника только сильнее натягивают одеяло, продолжают слушать «дивные» звуки каждые десять минут, а потом вскакивают с диким криком «Я проспал!», то у Юли такой возможности не было. Она всегда сразу отбрасывала одеяло и отправлялась готовить завтрак под аккомпанемент криков только что проснувшегося вместе с ней попугая соседки по комнате.

В то утро ничто не предвещало начала дальнейших знаменательных событий: все шло как обычно.

Разбуженная звонком будильника Таня – хозяйка пернатого Эльдарчика – страдальчески простонала. Юля включила чайник и бросила привычную фразу:

– Тань, вставай, опять опоздаешь. У тебя сегодня экзамен.

Соседка пробурчала что-то неразборчивое.

– Можешь ругаться, но ты просила тебя разбудить. Сама знаешь, я ответственно подхожу к любому делу, – Юля улыбнулась, наблюдая, как Таня села на кровати, явив миру короткие лохматые каштановые волосы и полуоткрытые заспанные серые глаза.

– Лучше б ты ответственно оставила меня досматривать сны, – Таня тяжело вздохнула. – Все равно я этот экзамен не сдам.

– Не сдашь сегодня – сдашь завтра, – назидательно сказала Юля, которая на ходу допивала кофе и уже натягивала на себя куртку.

– Мне б твою уверенность. – Таня еще сильнее взъерошила волосы и снова рухнула на кровать, предварительно крикнув: – Эльдарчик, замолчи.

Попугай и не думал успокаиваться, как и всегда, когда хозяйка выражала ежедневное утреннее неудовольствие.

Юля схватила сумку и побежала в институт. Девушка была старостой и всегда приходила первой. Надо было успеть принести групповой журнал, повторить материал к паре, да и преподавателю могло что-то понадобиться.

Пока Юля готовилась к занятию, аудитория медленно наполнялась несчастными страдальцами. У педагога лицо было не менее недовольное, он бы сейчас тоже с бо?льшим удовольствием досматривал десятый сон, а не пытался сеять «разумное, доброе, вечное» в сердца недорослей нового поколения.

Сергей Александрович был преподавателем, который непостижимым для окружающих образом умудрялся если не с первой, то со второй пары стать любимчиком студентов. У него даже был свой фан-клуб, о котором он или не знал, или предпочитал делать вид, что не в курсе.

– Пу-пу-пу-пуууу, – пропыхтел Сергей Александрович, почесал плешь на темени и поправил очки. – И кто до нас еще не дополз? – спросил он, заглядывая в журнал.