Витязь специального назначения. В гостях хорошо, а дома нету…

Вот, когда утром поедем…

– Понял.

Певец же, тем временем, устав, видимо, музицировать, пил брагу за соседним столом, исподволь бросая взгляды на юную Смышлёну, сидевшую рядом с отцом. Та, заметив, разумеется, такое к себе внимание, старательно «не замечая» взгляда музыканта, тренировалась в женском косоглазии. Акела тихонько улыбнулся. Двигайся в любую сторону пространственно-временного континуума, женщине везде женщина.

Засиживаться за столами ни у кого желания не было – все устали, как ездовые собаки.

Заняв выделенные наверху две комнаты. – поменьше для Жилы с дочерью и побольше для охраны, все, кроме вахтенного, завалились спать.

Утром купец, наскоро перекусив, в сопровождении Мыся и Околела отправился на «стрелку» с лошадиным барышником. За завтраком Акела обратил внимание, что вчерашнего барда в зале не видать.

– Хозяин, – обратился он к трактирщику. – А где певец давешний, спит, что ли, ещё?

– Он уж на девятой версте, – усмехнулся тот. – Волка ноги кормят.

– А я думал, что он здешний, – «простодушно» удивился Барс.

– Да, нет, – острый взгляд трактирщика проявил внимание к любопытным. – Бывает он тут редко, долго не задерживается, но плохого за ним, вроде, не замечено.

– Спасибо, хозяин, не сердись за любопытство, в дороге, оно, сам знаешь…

– Оно, конечно, – вежливо согласился тот и переключился на других посетителей.

В это время объявились отсутствующие. Купец, оглядев своё воинство, махнул рукой, давая команду на выход.

Акеле достался крепкий гнедой жеребец лет примерно пяти.

Был, конечно, у него опыт в верховой езде, даже как-то раз помогал объезжать, отделавшись всего лишь смешением пяти поясничных позвонков. Но, в общем, взгромоздился он на своего Росинанта довольно уверенно, опять привыкая смотреть на землю с высоты конской спины.

Что же касается Барса, то его восползание на спину каурой кобылки живо напомнил Акеле одну забавную выдержку из петровских законов.

– Андрюха, слышал, что по этому поводу Пётр Первый в Воинском Уставе писал?

– И что же?

– «Офицерам полков пехотных в расположении кавалерийских частей верхом появляться запрет кладу, ибо своею посадкою гнусной, яко собака на заборе сидя, вызывают смех среди нижних чинов, что чести офицерской не способствует».

– Лапидарно сказано. Где вычитал, в оригинале?

– Вы мне бессовестно льстите. Да нет, конечно. У Бушкова. В «Пиранье», по-моему.

Кавалькада, тем временем, уже выезжала из села.