Витязь в изгнании. Продолжение книги «Витязь специального назначения»

 – Что такое оружие без человека? Если можешь победить, победи, а не выпрашивай победу, как нищий тенге.

– Есть такая победа, уважаемый хан, которая ничем не лучше поражения, – спокойно заговорил Барс. – Мы заранее знали, что ты ответишь именно так. Выслушай нас и запомни, о чём мы тебя предупредим.

Андрей помолчал секунду, как бы собираясь с мыслями. Хан молча ждал.

– Когда твоё войско перейдёт границу Руси, сама земля начнёт вставать на дыбы. Как табун диких жеребцов, она будет разрывать на куски и коней и всадников.

Погибнет много народа, но тебя это не остановит, скорее всего.

От спокойного тона Барса вещи, которые он говорил, казались ещё страшнее. Лицо покорителя земель оставалось неподвижным, но чувствовалось, что слушает он очень внимательно.

– Когда ты не остановишься и пойдёшь дальше, в тебя с земли и с воздуха полетят огненные стрелы и будут рвать на части твоих воинов.

– Ты рассказываешь мне страшные сказки, как болтливая старуха, – насмешливо оскалил зубы хан. – И хочешь, чтобы я в них поверил?

– Нет, – покачал головой Барс.

 – Мы знаем, что сейчас ты в это не поверишь. Ты только запомни наши слова, а поверишь, когда увидишь это своими глазами.

В это время снаружи послышались шаги и ругань на каком-то тюркском наречии. Во всяком случае, Акела, служивший в Средней Азии срочную, понял больше половины. Нож Барса нежно прильнул к шее хана.

– Скажи им, чтобы убирались и ждали твоего вызова у себя в юртах. Когда закончим разговор, мы уйдём.

– Как? – тихо спросил Джура-хан.

– Это уж наша забота.

Завоеватель с великолепным безразличием пожал плечами, затем на том же гортанном языке резко отослал прочь всех, кто был снаружи. Акела понял с пятое на десятое, что тот отдал именно то распоряжение, которого требовал Барс.

– Можешь убрать пока нож от моей шеи, снаружи никого нет. Говори дальше. Какими ужасами ты будешь меня ещё стращать?

– Вот этого тебе лучше не видеть, – спокойно сказал Барс. – Потому что я сам бы не хотел этого видеть. Но, если ты не остановишься, будет гореть и земля, и камень, и даже сам воздух.

Люди будут превращаться в хлопья сажи, земля на много лет будет отравлена и всё, что вырастет на ней, будет ядовито, как цикута. Половина Руссии будет лежать в руинах, но из твоего войска не уцелеет никто. Это нельзя будет назвать победой, но нога завоевателя не ступит на русскую землю.

Акела поднял голову и посмотрел на ворона, сидящего на краю отверстия дымохода. Птица хрипло каркнула.