Красное на красном

В распахнувшиеся двери ворвались десятка полтора черно-синих мерзавцев.

Маршал оказался один против целой своры, но сдаваться он не собирался. Робер Эпинэ сжал кулаки – одно дело знать о древнем предательстве, с которого начались несчастья Талигойи, и совсем другое – видеть воочию. Эпинэ не мог слышать, что говорит Придд, но все было ясно и так. Мужчина и воин, угодивший в ловушку, найдет, что бросить в лицо предателю, а предатель… Предатель опять рассмеялся! Кэналлийские во?роны не ведали, что такое совесть, недаром подлец-потомок получил в наследство от предка издевательский смех.

Рамиро что-то сказал, махнул рукой своим и обнажил меч.

Это у них тоже фамильное – все Алва рождаются с клинком в руке и, подобно кошкам, норовят поиграть со своими жертвами. Просто убивать им скучно! Придд был неплохим бойцом, даже хорошим, но Робер помнил, чем все закончилось, а маршал… Маршал дрался! Один в кольце предвкушающих очередную победу своего вожака кэналлийцев. Ну почему, почему, почему нельзя броситься вперед, прорваться сквозь золотистую грань и, влетев в прошлое, стать спиной к спине с человеком, которого убивает подонок?!

Робер невольно рванулся к алтарю, но его руку сжали словно клещами, и чей-то голос прошипел:

– Блистательный видит лишь тень тени.

Память крови Раканов проснулась и говорит… Это уже было, и этого не исправить…

Не исправить… Было… Но отчего же так больно?

Турниры окончательно вышли из моды к началу Двадцатилетней войны, но королева Алиса решила их возродить, а дед, как вернейший из ее рыцарей, взялся за это дело с присущей ему страстью.

Что такое двуручные мечи, которыми орудовали противники, Робер Эпинэ знал не понаслышке. В юности ему с братьями приходилось браться за древнее оружие. Маркиз запомнил, что нужно все время поддерживать движение клинка, чтобы его вес помогал, а не мешал. Нет, положительно, шпага удобней, но во времена Рамиро и Эктора думали иначе.

На первый взгляд, ставить следовало на маршала – тот был массивней и как будто сильнее, а его эспадон длиной превосходил меч кэналлийца.

Длиной, но и тяжестью, а высокий и верткий Рамиро казался моложе и быстрее своего соперника.

Придд, раскручивая меч, пытался держать Алву на расстоянии. Все зависело от того, сможет ли маршал навязать предателю свой ритм. Все зависело? Эктор Придд убит давным-давно, Талигойя пала, на троне сидит Оллар, а у него за спиной стоит потомок Рамиро.