Синий взгляд смерти. Полночь

Занха, и сегодня же! Разве что кардинал на обратном пути согласится заехать… куда?

– В Дору.

– В Дору?!

– Не в Багерлее же всех держать. Вы ждете его высокопреосвященство?

– Он прислал курьера, что будет после полуденного бдения. Сегодня он служит сам.

2

Кардинала дожидались втроем – мэтр Инголс, то ли случайно, то ли наоборот, явился во дворец за полчаса до Левия и остался. Робер не возражал – в присутствии адвоката он хоть и чувствовал себя дураком, но дураком, уверенным в том, что наделать глупостей ему не дадут.

Левий, Карваль и Инголс – больше рассчитывать не на кого. Графиня Савиньяк при всем своем уме – почти потерявшая сына женщина, которую надо защитить, а Мевен, Дэвид, Халлоран ждут приказов, и отдавать оные не кардиналу, не законнику и даже не коменданту столицы, а Проэмперадору.

Робер кружил по захваченному им в единоличное пользование кабинету капитана королевской охраны; взгляд в очередной раз зацепился за вазочку, которую прислуга каждое утро тупо заполняла свежим миндальным печеньем Эпинэ, ругнулся и выставил память о Клементе в приемную.

– Доешьте, – велел он адъютантам, – и пусть больше не приносят. Ваше высокопреосвященство…

– Пьетро тоже не сразу понял, что лично мне молоко без надобности, – проникновенно заметил кардинал, не забыв благословить третьего дня перешедшего в эсператизм адъютанта. – Что в городе?

– Ничего особенного. Я понимаю, что вмешиваюсь не в свое…

– У вас в этом городе «не своего» нет, – отрезал Левий.

В приемной кардинал был спокоен и благостен, в кабинете остался всего лишь спокоен. – Вы имеете полное право спрашивать. Хоть бы и с меня.

Умей Робер так докладывать, быть бы ему сразу и супремом, и ментором по математике. Ничего лишнего, и все ясно. До отвращения.

Нохский мятеж начался с форменной ерунды: повздорили трое гвардейцев. Дежурный офицер вмешался и сделал буянам выговор. Обычное дело, но внезапно возмутилось еще несколько человек. Кто-то брякнул – а чего нам тут взаперти сидеть, мы что, арестанты? Претензия нашла отклик, офицер глазом не успел моргнуть, как целая депутация двинула к кардиналу с решительным «доколе?».

Естественно, бузотеров и на порог не пустили, они принялись настаивать, Мэйталь вызвал подкрепление, и заводил арестовали, вот тут всерьез и началось.

Те, недовольные, что оставались в казарме, кинулись поднимать товарищей – дескать, надо выручать своих. Откликнулись, на удивление, многие.