Сердце Зверя. Том 2. Шар судеб

Так, чтобы я мог вас видеть… Ансел ушел вовремя?

– Авангард выступил ровно в пять. Основные силы покинули форт тоже достаточно быстро.

– В авангарде пошел Гирке?

– Да.

Мы никогда не скажем о своих людях и своих заслугах. Гордость у нас такая – делать и молчать… И извинений чужих нам не надо, нам вообще ничего не надо! Тьфу!

– Вы прекрасно умеете врать… Вернее, повернуть дело так… что другие… соврут себе сами… Но мне от вас нужна правда.

– Сударь, я не врач. – Опять понял. Закатные твари, он так со всеми или только с умирающим начальством?

– Живот от ноги вы отличите, вот и проверьте! Я должен знать, что делать… В форте две тысячи человек.

Если вас окружат и загонят за стены, уйти уже никто не сможет… Но если я вас выгоню, а на том берегу… и впрямь крупные силы… Дриксы двинутся на тот же Мариенбург… Закатные твари… Тут и здоровому трудно все оценить, а уж мне…

– Мой генерал, врач уверен…

– Я ему не верю. Я верю вам. У вас на шее тоже болтался полк… Со всеми хвостами… Остальное в счет не шло…

– Сударь, вы ошибаетесь.

Я не мог оставить без помощи человека, спасшего моего брата. К счастью для меня, обе мои цели совпали. Я прошу вас закрыть глаза. Я скажу как есть. Даю слово.

– Хорошо.

Пусть смотрит, хотя чего уж тут смотреть? Пах и живот, а нога ни при чем, ее словно бы и нет… Вообще нет… Первое письмо будет Рудольфу… Он ведь так старика и не поблагодарил, как-то не получилось; теперь становится поздно, а слов все равно нет. Разве что попросить Валентина… Его подделка подделкой не будет… Если рассказать, как было, Придд напишет, как нужно, а Ойгену можно вообще не писать, просто передать на словах…

– Сударь, вы в самом деле ранены в бедро.

В этом нет никаких сомнений. Врач не только не солгал, но и не ошибся со сроками. У меня была сходная рана, хоть и нанесенная холодным оружием. Я поднялся на восьмой день.

Жермон поверил. Сразу и до конца.

2

– Почему, когда ожидаешь дурного и оно сбывается, все равно удивляешься?

– Не знаю, – признался Эпинэ, – а что случилось?

– Мориски разрушили Агарис, – отрешенно произнесла Катари.

 – Все как и болтали обозники. Они не ошибались, Валмон прислал гонца. Старый граф сейчас в Савиньяке. Ты ведь жил там…

– Нет… – начал Иноходец и понял, что сестра говорит про Агарис.

– Я имела в виду Святой город, – поправилась Катари. – Я очень любила гравюры Казавари, у меня была книжка… Она давно пропала, а гравюры до сих пор перед глазами.