Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть первая

Значит, не должно быть ни синяков, ни царапин, не должно быть борьбы… Тогда получается, что в воду названная Габриэлой должна уйти тихо и лучше всего еще живой. Подходящее место, где почти не было тростника, Мэллит нашла быстро. Полуденные лучи достигали дна, там среди камней виднелись монеты и украшения. Плата за любовь, за счастье, за удачу. Повинуясь порыву, Мэллит отцепила скреплявшую плащ застежку.

– Помощи, – попросила кого-то гоганни. – Возьми и позволь мне сохранить первородного Валентина, как он сохранил меня.

Я готова принять, что заслужила, и я приму.

Она просила на талиг, она пыталась говорить так, как говорят среди здешних рябин и елей. Только бы поняли, только бы приняли жертву…

Серебряный, украшенный сердоликом лист опустился на дно, на прощанье по-рыбьи плеснув, и Мэллит нашла, что так искала! Девушка будто вживую увидела груду трепещущих карпов и дубинку в руках младшего из поваров. Уснувшая рыба теряет целебные свойства и обретает дурные, поэтому ее держат в садках и глушат уже на разделочном столе.

Человека тоже можно оглушить. Дубинкой, камнем… колотушкой для отбивания мяса. В замке такие есть – тяжелые, с крепкой рукоятью, они висят в кладовой при кухне. Взять лучше прямо сейчас, воспользовавшись предобеденной суетой, но сперва нужно найти место помельче, и хорошо бы там из воды торчал камень… Камень, о который можно удариться.

Ей повезло – на другой стороне пруда, в шаге от берега, виднелись два валуна, точно две головы: дальняя, лысая и серая, и ближняя, пониже, едва прикрытая водой.

Если пожелать взойти на второй камень, если поскользнуться на первом…

Мэллит тронула звездочку на шее и шагнула на зеленое от водорослей темя. Оно было скользким, достаточно скользким, чтобы с него упасть, оставалось привести сюда безумную и вынудить повернуться спиной. А еще украсть молоток и уйти так, чтобы роскошная не хватилась, а слуги не заметили, но сперва – кража, ложь потом.

Кухни встретили едким дымом сгоревшего хлеба, гневным криком старшего и плачем виновников. Гоганни возблагодарила принявших дар, кем бы они ни были, и взяла то, за чем приходила. Пристроив добычу под плащом, девушка выскользнула вон. Ее никто не заметил, и это было добрым предзнаменованием.

2

В Агарисе Мэллит покидала дом отца и возвращалась назад тайком, ей везло, хотя она вначале была просто глупа, а затем обезумела от любви.