Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть первая

Потом – береженого и Создатель бережет – смял и сжег последний лист, где бывший Второй Доверенный стратег его величества выражал сомнения в способностях и совести императора, которого настойчиво величал Орестом. «Я не верю, что из этого засранца вышел толк. В девятнадцать он уже был порядочной дрянью, сейчас, надо думать, протух окончательно…»

– Старик не готов вернуться к армии, – подал голос Левентис. – Он был обижен, а за время ссылки из обиды выросла ненависть. Турагис желает морискам сожрать императора и обломать зубы об кого-нибудь другого.

– Об кого? – Капрас сунул в огонь и первый лист, а от второго оторвал верх, оставив лишь описание язычников. – Об нас или сразу о Ворона? Вот ведь бацута мстительная, Забардзакиса ему мало!

– В ссылку, – напомнил Агас, – его отправлял не Забардзакис.

– Ну и что? – Дивин, скорее всего, уже в Рассвете, хотя об этом проще не думать. – Может, хватит считаться?

– Господин маршал, это очень трудно. Меня ссылка спасла, а превосходительный и вовсе был как добрый дядюшка, и все равно зло брало.

– Так и меня брало, – признался Капрас, – но ведь не время! Да хоть посади себе Ор… Сервиллий четырех кошек на плечи, лишь бы мориски за море убрались! У Ламброса мать в Неванте, он о ней говорить и то боится, и не он один… У Додузы жена в Паону к родне собиралась, да и Василис вспоминал про сестер в столице.

– Вы правы. – Левентис кашлянул и поправил шейный платок. – Господин маршал… Я понимаю, это не мое дело, но мы не так далеко отошли от Кагеты.

– Я помню, что женщина при армии может находиться лишь по высочайшему дозволению, но это мало кому мешает… – Другое дело, что скоро в самом деле идти в огонь. – Я подумаю. Признаться, я рассчитывал на превосходительного, потому что в Кагету Гирени не хочет.

Гвардеец едва заметно поднял бровь. Еще бы, маршал, и оглядывается на желание приблудной девчонки! Сунуть в мешок и отправить к братцу, раз уж Лисенку пришла блажь назваться таковым… Капрас и сам бы так считал, волоки с собой плаксу кто-нибудь из офицеров.

Мысль о мешке и казаре потянула за собой другую, столь очевидную, что Капрас едва не хлопнул себя по лбу.

– Агас, – велел маршал, – разыщи Пургата. Объясним ему, что Хаммаилу конец, и мы отправляем его с двумя провожатыми на тот берег. Провожатым, как вернутся, приплатим.