Стурнийские мозаики

Оставалось лишь осознание настоящего и места его, Асона, в этом настоящем: он – «звёздный», и он будет защищать Линдеи и тех, кто не ушёл. Просто будет, и всё.

Часть вторая

I

Взошедшее солнце ударило в эгиду венчавшего колонну колосса, и Тимезий признал правоту вождя. Это надо снести. Пока над тобой высится золотой истукан, ярма с души не сбросишь, будь ты хоть сто раз победителем.

Таран мерно бил в ворота. Фаланга ждала своего часа в боевом строю, только копья пока упирались в землю, а щиты висели на своих ремнях.

Ворота падут, и воины двинутся вперёд извивами лабиринта, с каждым шагом приближая победу, с каждым шагом теряя своих… Тимезий завертел головой, всматриваясь в лица товарищей и встречая взгляды, повторявшие его собственный. Арминакт, Гистий, Матрей… Они не знали, не могли знать, кто дойдёт до победы, кто хотя бы до берега Стурна, кто – ляжет у самых ворот. Умереть в последнем бою казалось особенно обидным, а ведь, было дело, Тимезий боялся умереть, отступая. Те, кто учил его, храброго, но неумелого, выживать и побеждать, почти все погибли, а он учился, и ему, кроме того, везло. Вот и смог дойти до этого гиблого места.

Хрустнуло – дышавший в затылок Клионт раздавил какой-то черепок. Орудующих тараном коняг с места, где стояла полусотня, было не разглядеть, и парень таращился на сверкающего истукана. Главный бог титанов. Небо, прекрасное и недостижимое. Бесплодное. Гордое. Неизменное и меняющееся. Что в сравнении с ним смертные муравьи? Всё! Потому что изгой и бог изгоев Время оскопил надменного отца.

Потому что дети Времени свободны и знают радость любви и победы. Пусть они смертны, зато они живут!

– Клионт! – окрикнул Тимезий. – Нашёл куда смотреть…

– Что? – Дуралей не знал, что боги порой замечают и муравьёв, а дожить хотелось. Дожить и увидеть то, за что не жаль сдохнуть, но лучше всё-таки уцелеть.

– Ничего. Двинемся – от меня ни шагу. Понял?

Клионт кивнул и опять запрокинул голову.

Пришлось врезать по курчавому тёплому затылку.

– Сказано, не смотри! Вот когда вернёмся…

– Ладно тебе. – Мальчишка широко улыбнулся, он не умел злиться на своих. – Здорово же! Надо вместо этой дуры наверх что-то затащить… Или огонь зажечь, чтоб как в порту, только больше. Пусть горит и не гаснет…

– Ишь ты! – присвистнул Арминакт. – Чтоб не гас, значит? А хворост наверх кто таскать будет?

Клионт насупился и притих.