Помощь вызывали?, или «Неформальный» подход к делу

Лекарь грубо усадил на стул эльфа, отпустив жутко покрасневшее и опухшее ухо, сразу же отвесив звонкий подзатыльник. Бедный юноша чуть с табуретки не свалился и шокированными глазами смотрел на грозного воспитателя, который отошел на шаг назад и, глубоко вздохнув, начал гневную тираду, подкрепляя её незнакомыми Инне словами.

– Ах ты ошибка глазастая! «Тампатарин» ты ушастый! Что же ты, паразит безалаберный, вытворяешь?! Куда ты кадунир-ин нос суешь, мин-сон-хир, чтоб тебе уши там откусили! – продолжал ругать Мигур, видя, что эльф вконец поник и вот-вот заплачет.

– Я… Только, – жалобно проблеял Литар и зажмурился.

– Да ты хоть понимаешь, бастард несчастный, что было бы, если бы ты там задержался ещё?! Забыл, как тебя отец за это розгами порол? – бушевал Мигур, втайне радуясь, что всё обошлось. – Литарионилиус, может, ты и бастард и желаешь помочь семье, но прекрати уже эти бессмысленные попытки! От прошлого не избавиться, у тебя был родной отец, да будет священное его пребывание у Нралиры, другого тебе и не нужно.

– Но ведь они мои родные братья, семья, я хочу помочь им, даже если они меня презирают, – уже увереннее проговорил эльф.

– Оставь их! Они тебя не ценят, ты им не нужен, и помощь им о тебя нужна так же, как птице трость! Да и кому нужен вечно голодный и безответственный эльф… – лекарь всё же не верил в его слова, – только эльфы могут так уперто верить в желание помочь, опираясь лишь на свою кровь.

– А если рядом с ним буду я и помогу ему во всем, в чем потребуется моя помощь?

Они разом устремили свои взгляды на Инну, всё время стоявшую позади молча.

В ее словах было стремление и уверенность, цель для будущих действий, и лекарь, устало махнув рукой в сторону Литара, подошёл к ней. Близко, словно нависая над ней, испытывая ее на чувство страха. На миг на его губах появилась усмешка и исчезла, сменяясь на привычную холодность. Мигур похлопал по своим запылившимся штанам и посмотрел на новоявленных спасителей. Верь не верь, а пророчество имело свойство сбываться. И если в пророчестве сказано, что сильная сердцем дева, неся бремя «Восьми величий» спасет мир и вернет баланс, значит, так тому и быть.

– Недолго мне осталось в этом мире, юнцы… Но для тебя, дева, у меня есть ценный подарочек, который пригодится в трудном путешествии.

Хитро подмигнув, Мигур подошел к зеркалу свободы и протянул руку вперёд ладонью вверх. Его пальцы едва касались поверхности зеркала, по которому словно по воде пробежала рябь.