Алиби – надежда, алиби – любовь

Нет, не была она вовсе по-женски завистлива, просто за подругу переживала. Чуялось ей везде предательство, и все тут.

– Да нет, он не хуже. Просто… Просто иногда мне кажется, что лучше бы уж твой Витя пьянствовал слегка…

– Ну уж нет, дорогая! Я этого удовольствия в детстве поимела столько, что на всю оставшуюся жизнь хватит! Насмотрелась на пьяного папеньку…

– Так в том собака твоя и зарыта, Надька… – тихо пробурчала Ветка, будто и не возражая даже, а беседуя так просто, сама с собой. – Для тебя теперь каждый непьющий мужик – идеал божественный, святой архангел… А что у этого идеала за сущность, тебе вообще фиолетово… Вот где он теперь, идеал твой? Ночь на дворе! Ты знаешь, где он и с кем сейчас?

– Нет, Ветка, не знаю… – грустно подтвердила Надя.

 – Да и знать не хочу! Вернее, будто бы не хочу…

– Вернее, тебе надо сделать вид, что ты знать не хочешь. Прикрыться надо трусливым юмором со скалкой в руках, да? Такой вот декоративной женской мудростью? Вроде того – смотри я простая какая, любящая да смешливая, ничегошеньки не понимающая добрая женушка…

– Ладно, Ветка, хватит! И без твоих психологизмов тошно! – оборвала ее на полуслове Надя.

 – Иди уже домой, не дай бог Машенька проснулась.

– Ладно, пойду. Не сердись, Надь. Ты же знаешь, я любя…

– Иди-иди. Все, пока. Спасибо тебе за помощь.

Вытолкав Ветку, Надя ушла в комнату, плотно прикрыла за собой дверь в прихожую. Подумав, забаррикадировала ее еще и креслом. Увидев закатившуюся в комнату из прихожей скалку, подняла ее с пола, почему-то принялась рассматривать внимательно, будто с трудом соображая, как же это ее угораздило так анекдотично деревяшкой воспользоваться.

Тоже шутница нашлась. Грозная жена со скалкой. Ошарашила бедного пьяного парня по голове, только шум стоял… А не будет пьяным шататься где ни попадя! Сам виноват. Даже в квартиру не позвонил, сразу начал ключ свой совать в замочную скважину! Знаем мы эту «Иронию судьбы», каждый год по телевизору смотрим…

Усмехнувшись, она кинула взгляд на большие настенные часы и чертыхнулась про себя сердито – половина двенадцатого уже! Он что, совсем решил сегодня не приходить? Хоть бы позвонил, соврал что-нибудь… А что, она бы и поверила.

Вернее, сделала бы вид, что поверила. И пусть Ветка ее ругает за слабохарактерность. Да и вообще, не в слабом характере вовсе дело, ей этого самого характера никогда занимать не приходилось. Просто она так гнездо свое вьет.