От войны до войны

Сила Раканов для нас потеряна, а без нее не удержаться. Пока жив Лорио, пока никому не известно, что на троне – пустое место, анаксию еще будут бояться, но потом, через десять, двадцать, тридцать лет?

– Прекрати ныть! – Художник не сразу сообразил, что прикрикнул на государя, как на него самого кричал Лэнтиро Сольега. – Если с головой в порядке, обойдешься без кулаков, а если кроме тебя некому – сможешь. Потому что должен!

– Прости! – Эрнани с виноватой улыбкой дернул Диамни за рукав. Это была их старая шутка, хвала Абвениям, что мальчик о ней вспомнил.

 – Я все понял. Мы каждый вечер будем запираться, я стану ныть, а ты будешь меня ругать.

– Если нужно, я готов. – Мастер внимательно посмотрел на юного правителя и решился. Анакс имеет право на правду. – Эрнани, я должен тебе сказать одну вещь. Сначала тебе будет больно, потом станет легче. Один из твоих братьев в самом деле был подлецом, но это не Ринальди.

– Я знаю, – тихо сказал анакс.

– Знаешь?! Давно?..

– Я понял, когда ты принес меч. Эридани – отец ребенка Беатрисы. Ты хотел сказать мне это?

– Да. Но не только. Мастер Лэнтиро…

– Он жив и здоров.

– Я знаю, я шел через город Ветров. Эрнани, я лгал тебе. Я добивался встречи с Ринальди не для того, чтобы его рисовать. Он был невиновен, и я попытался его спасти.

– Но что ты мог?!

– Мало, но я сказал твоему брату, что мы с учителем ему верим, и передал оружие, сандалии и отмычки.

– Передал?! – подался вперед Эрнани.

 – Ты подходил к решетке?!

– Да, и Ринальди освободился от оков… Не знаю, что с ним сталось, я ждал его у Пенной реки. Мастер Лэнтиро был уверен, что ее исток сообщается с Лабиринтом. Мы надеялись, что эпиарх выплывет, но я нашел лишь меч Эридани. Теперь ты знаешь все. Хотя нет… Когда Ринальди уходил вниз, он просил меня стать его братом. Я не могу ничем подтвердить свои слова, но я был счастлив и горд. И не потому, что я – найденыш, а Рино принадлежит к дому Раканов.

Он… Мне трудно об этом говорить и еще труднее слушать, как проклинают его имя… Не знаю, что случилось в Лабиринте, но не сомневаюсь: город спас Ринальди!

– В тебе Рино нашел лучшего брата, чем я.

Эрнани отвернулся к окну. Диамни тихо опустился на скамью у стены. Есть мгновения, которые нельзя спугнуть. Мелькнуло что-то алое. Бабочка. Астрапионик…

– Диамни, – голос юного анакса звенел, как струна, которая вот-вот оборвется, – я знаю, что делать.