Чувство Магдалины

– Пива хочешь, Павлуша?

– Ну, плесни немного… Посижу тут у тебя, отдохну в тишине. У нас же семья отдыхающих живет, детей у них много, целый день шастают туда-сюда, туда-сюда… Никакого покою нет.

– Вы ж вроде раньше не пускали к себе отдыхающих… Вроде и без того домишко не ахти.

– Мы с Любашей не пускали. Жили себе и жили, до лишних денег и неохочи были. А Маргаритка все решила по-своему… Поживем, говорит, в летней кухне, а в дом курортников пустим, лишняя копейка не помешает. Разве с ней поспоришь? Решила и постановила, и обжалованию не подлежит.

Так и ютимся теперь в летней кухне.

– Понятно…

– Да, вот такие дела, дядя Ваня, – тяжело вздохнул Павлуша. – А пиво у тебя вкусное. Видать, не наше, не крымское.

– Да это немецкое вроде… – подтвердил дед Иван. – Вишь, на бутылке по-немецки написано…

– Дорогое, поди?

– Не знаю. Может, и дорогое. А только наше крымское нисколько не хуже будет, вот что я тебе скажу.

– Твои, что ль, таким пивом балуются?

– Мои… – подтвердил дед Иван, подливая Павлуше в кружку.

 – Брезгуют нашим, крымским, воображают… Как нынче модно говорить, понты кидают, ага. Хоть бы здесь от этих самых понтов отдохнули, так нет ведь! Поганцы такие!

– А где они, поганцы твои?

– Купаться ушли. Жара спала, самый раз хорошо купаться. Теперь только по темноте вернутся.

– И Машутка с ними?

– Не… Машутка с Леонкой в Феодосию подались, по набережной прогуляться. Считай, их тоже долго не будет.

– В Феодосию, значит… Понятно… А я хотел ее домой увести, дядь Вань.

А она – в Феодосию… Опять Маргарита на меня ругаться станет…

– Ругаться, говоришь?

– Ну да. Ты ж знаешь Маргаритку, чуть что, сразу скандалить начинает. Пойди, говорит, и приведи свою блудную дочь, а то перед людьми стыдно. Совсем от рук отбилась. Даже непонятно, с кем из троих дяди-Ваниных внуков шашни закрутила, а то, может, со всеми тремя сразу. Каково мне все это, как отцу, слышать, а? Совсем баба распоясалась… Я ей слово – она мне два… Да ладно бы меня злыми словами стегала, а то ведь Машутку! Обидно мне, дядь Вань!

– Ну, понятно, что обидно… – тяжело вздохнул дед Иван, с жалостью глядя на Павлушу.

 – Да ты пей пиво-то, пей, не мозоль кружку в руках…

– Спасибо, дядь Вань. Добрый ты человек.

– Значит, плохо ты живешь с молодой женой, не складывается у вас… Не надо было тебе с ней связываться, Павлуша. Устоять надо было супротив бабской хитрости. До конца держать оборону.