Добрая, злая

Если у нее некрасивость была яркой, со знаком плюс и притягивала к себе настороженно-сочувствующие взгляды, то у Поль она была со знаком минус, то есть вообще никаких взглядов не притягивала, даже настороженно-сочувствующих. Поль была из породы бледнолицых мышек, про которых говорят: надо шесть раз познакомиться, чтобы на седьмой при встрече узнать. Потому и красилась отчаянно ярко – ей представлялось, что так она хотя бы выделяется, – и вечный избыток косметики на лице придавал ей действительно какой-то лягушачий вид.

Наверное, они по признаку обоюдной некрасивости и подружились. В тот сентябрьский день, когда их девчачью группу впервые собрали в аудитории, Поль сама к ней подошла, села рядом за стол, наклонилась к уху интимно:

– Слышь… А тебе не кажется, что мы на фоне этих нимфеток врагами народа смотримся?

– Как это – врагами народа? – опешила она, отстраняясь.

– Так сама посмотри… Не группа, а очередь в салон красоты. Я, как зашла, сразу внимание обратила. Провести в таком окружении пять долгих лет – испытание не для слабонервных.

– Так вроде наоборот, вполне женская профессия…

– Ой, не скажи! Везде, куда взгляд ни кинь, финансами одни мужики распоряжаются. Учатся на финансистов бабы, а финансами распоряжаются мужики – где справедливость?

– Ну, допустим, не везде…

– Ладно. Потом с тобой к этому вопросу вернемся. Кстати, давай знакомиться. Меня Полиной зовут.

– А меня Саней.

– Саня – это Александра?

– Нет. Мое полное имя – Сантана.

– Как?!

– Сантана… А что?

– Да ничего, ничего… Сантана, значит. Что ж, тогда я буду… Поль! Зови меня Поль, ага?

– Хорошо, как скажешь. Поль так Поль.

– Ну, вот и отлично! Сантана и Поль – неплохо звучит, согласись! Как название крутой фирмы! Пусть знают нимфетки, что мы с тобой тоже не абы как, не Ксюши с Олесями! Не красотой, так именами возьмем!

С тех пор они и ходили неразлучной парой – Сантана и Поль. Как Поль говорила, некрасивые, но жутко гордые.

– А ты чего сегодня такая квелая? Кирюша ночью спать не давал, что ль? – запихивая пудреницу в переполненную косметичку, коротко взглянула на нее Поль.

Просквозила-таки доля непрошеной зависти в голосе верной подруги. Хоть и маленькая совсем доля, а все равно чуть-чуть оцарапала. Видимо, любая женская дружба без нее уже и не дружба, а пресное недоразумение.