Визариум. Проникновение миров

Утром вышел из дому намного раньше, чем обычно, и поехал вовсе не на работу. Через двадцать минут выпрыгнул из почти пустого пазика и, зябко ёжась, пошёл по грунтовой дороге. Солнце поднималось над холмом, в стороне горела золотом берёзовая роща. Воробьи и синицы щебетали в придорожных кустах, радуясь жизни. Скоро впереди показалась ограда, а за ней ряды крестов и памятников.

Толя направился по рядам и довольно быстро отыскал нужную могилу. Соловьёв Сергей Михайлович, 1939–1994. Помним, любим, скорбим.

– Что-то не сильно вы помните, – пробурчал Толя, глядя на высокие заросли, почти полностью покрывающие место вокруг памятника.

Поперёк могильного участка лежала ветка росшего рядом невысокого дерева – кажется, ольхи. Наверное, сломалась от ветра или ещё зимой от снега, а скорее, поломал какой-нибудь обалдуй. Ветка упала прямо на гранитный прямоугольник, бурые выцветшие листья торчали по сторонам памятника, словно какое-то не самое удачное украшение. Убрать ветку Михалыч и попросил Толю.

Сказал, мешает и давит. Толя доломал ветку и оттащил к мусорным контейнерам.

Вернулся к могиле, посидел, выкурил сигарету. Уже собрался уходить, потоптался на тропинке, а потом повесил на дерево куртку и минут двадцать вырывал из земли разросшиеся сорняки. Молодой улыбающийся Михалыч одобрительно посматривал с фотографии. Закончив, Толя сбегал в магазин и вернулся с бутылкой водки, двумя пластиковыми стаканчиками и половинкой батона. Поставил на основание памятника полный стакан, сверху положил кусок хлеба, немного покрошил птицам, остальное положил рядом со стаканом.

В свой стаканчик налил на полпальца, просто пригубить, изрядную долю вылил на могильную землю, с треть бутылки оставил – пусть бомжи Михалыча помянут.

Наверное, именно там, под взглядами умерших, Толя и принял окончательное решение не обманывать Лосева и не связываться с Жуком.

На работу Толя опоздал всего на десять минут.

В первой половине дня Толя позвонил Андрею Жабченко и сказал, что работать у него не будет.

Чтобы тот не обижался, наврал, что собирается перебираться в Столицу, и лучше Андрею подобрать кого-то другого. А после обеда Толя поговорил с заехавшим на комбинат Лосевым по поводу увеличения зарплаты. Васю эта тема не обрадовала, но он всё-таки согласился платить больше: пока не намного, процентов на двадцать, а сразу после Нового года договорились вернуться к вопросу ещё раз.