Зеркало желаний

, тьфу, по камере, как узнали, за что я сижу, сильно меня зауважали! А Ванька Курский – это старшой у них, так и сказал, что, как освободится, то тоже…

Но что «тоже» Порфирий Иванович сказать не успел: свидание закончилось, и переговорник отключили.

26.02.2012

ВОЗВРАЩЕНИЕ

I

Мэйс безмятежно спал, когда из ночной темноты, как из небытия возникли Стражники. Они сумрачной тенью окружили, подняли и вынесли его с сеновала. Не потревожив ночного безмолвия, стражники погрузили Мэйса на одну их двух телег и двинулись в путь.

Мэйс проснулся только когда стало припекать солнце. Оглядевшись, Мэйс узнал дорогу и немного успокоился. Ежегодно селяне ездили по ней на Праздник Даров к Городу Властителей. Каждая семья ехала на двух телегах. Одну, груженную продуктами, везли в дар Властителям. На вторых везли утиль: мотыги, лопаты, плуги, поношенную одежду, кухонную утварь и конскую упряжь – все, отслужившее свой срок. В эти же телеги запрягали и старых лошадей.

В самом Городе Властителей никто никогда не бывал.

Люди обустраивались у ворот. Потом выходили безмолвные Стражники, и начинался обмен. Селяне передавали им телеги со скарбом и продуктами, чтобы получить обратно с новой одеждой, обувью, орудиями труда – всем необходимым для жизни. Если Властители находили нужным, они меняли и лошадей. Люди, радовались обновкам и, восхваляя Властителей, пели, плясали, водили хороводы, рядились в шкуры животных, пили порченку[1 - Порченка – забродивший сок ягод.]. Над стоянкой несколько дней не смолкало веселье.

Когда обмен завершался, к высоким железным воротам парами подходили женихи и невесты. Черные Стражники все так же бесстрастно выводили им лошадей, запряженных в две телеги, груженные домашним скарбом. Это были дары Властителей новой семье. Последними к воротам подходили матери с новорожденными детьми. Им также выводилась телега с дарами для нового человека.

Но память людская помнила случаи, когда Стражники выходили, чтобы навсегда увести жениха или невесту, или отнять у обеспамятевшей от горя матери ребенка.

Толпа цепенела, глядя, как закрываются огромные мрачные ворота за их сородичами, и тогда праздник Даров для кого-то превращался в тризну.

По этой дороге сейчас везли Мэйса. На второй телеге, он увидел свой птицелет. «Наверное, наградят», – не без гордости подумал он.

Вскоре показались стены города. Они тянулись, возвышаясь с одной стороны над кромкой леса, а с другой – истаивая в безбрежной степи.