Муж в обмен на счастье

Майя их еще моложавыми тетками помнит. Как время быстро летит, как незаметно. Утекает, как песок меж пальцев. Почему-то особенно это чувствуется в такие вот дни – последние теплые.

Дверь ей открыла мама. Заглянула в лицо тревожно, будто пытаясь на нем прочесть что-то для себя важное. Она в последнее время так и глядит на нее, с тревогой и страхом. Просто глядит, ничего не спрашивает. И спасибо ей за это. Чего спрашивать-то? И без того она все про Майю знает. Может, и больше даже, чем она думает…

– Устала, Маечка? Как ты поздно сегодня…

– Да нормально, мам.

Я так всегда прихожу. Темка дома?

– Нет. С Сашкой гулять ушли.

– А куда? Не сказали?

– Да ладно тебе – куда! Хватит уж его опекать-то! Парню твоему четырнадцать уже, а ты все кудахчешь над ним, как клуша… У нас здесь не Ленинград, не заблудится.

– Мам, ну какой Ленинград! Питер уж сто лет как, не Ленинград!

– Да ладно, подумаешь… Это для вас он Питер, а для меня нет. Ты чай с нами пить будешь? Иль ужин тебе разогреть?

– С нами – это с кем? У нас гости, что ли?

– Ага.

Зина вон пришла меня навестить. Сидим, чаи гоняем. В молодости-то некогда было дружить, теперь вот наверстываем.

– Ну-ну… Давайте…

– Здравствуй, Маечка! Здравствуй, красавица наша! – послышался из кухонных дверей ласковый голосок тети Зины, маминой подруги. Вскоре она и сама, маленькая и круглая, выплыла в прихожую, стала смотреть на Майю, умильно улыбаясь и сложив руки на животе.

– Ой, да какая красавица, теть Зин… – отмахнулась от нее шутливо Майя, вытаскивая ноги из туфель.

 – Я и девчонкой в красавицах не ходила, а уж теперь-то…

– Ну уж не скажи! – авторитетно заявила тетя Зина и одобрительно прищелкнула языком, продолжая ее разглядывать. – Некоторым бабам спелость очень даже к лицу! В девках гадкими утятами ходят, а потом догонять начинают. У меня вот сватья только к старости, например, на бабу походить стала.

– Вашей сватье, стало быть, старость к лицу пришлась? – весело проговорила Майя, проходя мимо нее в свою комнату.

 – Интересная мысль, между прочим… А вы ей об этом сказали уже?

– Да бог с тобой, Маечка… Нет конечно! Обидится еще… А ты что, чаю с нами не попьешь, что ли?

– Обязательно попью, теть Зин! Сейчас, переоденусь только…

Пройдя через общую комнату, Майя вошла к себе, на ходу расстегивая пуговицы строгого черного пиджачка. Квартира была двухкомнатная, большая, с высокими потолками, но очень неловко устроенная.