Свободна от обязательств

А на ее презрительное «фи, Мариночка» так ответит… Так… А как она ответит?

– Ой, Мариночка, простите ради бога за опоздание.

Вздрогнув, Марина вынырнула из предполагаемого диалога со свекровью, улыбнулась шумно вошедшей в кабинет Анне Семеновне. От Анны Семеновны всегда почему-то исходило много шума. Может, потому, что была она большой, толстой и одышливой, и говорила много, и шуршала плащом, и устраивалась на крутящемся стуле долго и основательно, и со стоном наклонялась, чтобы расстегнуть «молнию» на ботинках и потом сунуть ноги в растоптанные туфли на низком каблуке.

– …Представляете, сейчас такую очередь в регистратуру выстояла! Просто ужас. Я им говорю, мне только больничный зарегистрировать да печать поставить, так нет, не пропускают! Так плохо себя чувствую, Мариночка, если б вы знали. Меня участковая наша никак не хотела выписывать, да я настояла. Думаю, как вы тут одна справитесь…

– Почему это – одна? А я что, не в счет? – обиженно пробурчала со своего места Наташа, не отрывая взгляда от монитора.

– …Давление у меня так и не снизилось, представляете? – проигнорировав Наташину реплику, продолжала пыхтеть Анна Семеновна. – Как наклонюсь, сразу в глазах будто песок горячий перекатывается.

– А вы не наклоняйтесь. Ходите себе прямо, – снова встряла Наташа в поток ее жалоб.

– А тебя не спросила, советчица сопливая, – беззлобно повернулась к ней Анна Семеновна. – Чего это ты взъерошенная такая сегодня? Поссорились вы тут без меня, что ли?

– Нет. Не поссорились.

Так. Поговорили просто, – бросила ей Наташа.

– О чем это?

– Да все о том же. Вы сами знаете, о чем. А она не верит.

– А… Понятно.

Анна Семеновна замолчала, сложила пухлые ладошки в замок и, покачивая головой, стала оглядывать Марину, словно примериваясь, с какого боку ее укусить.

– Наташ, выйди-ка на минутку, – коротко приказала она девушке.

– С чего бы это? – строптиво повернула к ней голову Наташа.

– Да ни с чего. Просто мне с Мариночкой поговорить надо.

– А я вам что, мешаю?

– Мешаешь.

Иди, Наташенька. Там в буфете как раз свежие эклеры привезли, я видела, когда мимо проходила. С белковым кремом. Ты же их любишь, я знаю. Иди, чаю попей.

– Тогда я уж лучше покурю пойду… – Вздохнув, Наташа поднялась со своего места.

– Ну, если ты полагаешь, что это большее удовольствие, чем есть эклеры, тогда конечно.

– Да. Именно так я и полагаю, – в тон ей ответила Наташа, мило оскалившись уже в дверях. – А эклеры свои сами ешьте.