Завещание Казановы

А Лерка, она такая… У нее нюх особый, собачий, сразу эту прореху почуяла… Знаешь, я даже представляю этот Леркин хмуреж незамысловатый! Что она ему обещала, интересно? Роскошный семейный дом, лужайку, уик-энд в Париже? Ах, как хорошо мы смотримся вместе? Ты достоин лучшей жизни, милый? Ты можешь себе это позволить, поскольку сына вырастил и долгов в прежней жизни не оставил?

– Все, Оль, хватит…

– Ну хватит, так хватит. Сама ж просила.

– Я устала. Голова опять кружится. Я лечь хочу.

– Прогоняешь меня, да? Хорошо, я уйду.

Кофе вот попью и уйду. Но имей в виду – на моем дне рождения ты просто обязана появиться.

– С ума сошла? После всего, что я узнала?

– Да, именно так. Да, Лерка тоже придет и обязательно с собой Родю притащит, хотя бы для того, чтобы расставить и укрепить все акценты. И ты тоже придешь.

– Да ни за что.

– Так надо, Арина.

– Почему?

– Потому! Если испугаешься и не придешь – сразу на себе крест поставишь. Ты поневоле примешь Родино предательство как собственное унижение, понимаешь?

– Ну и пусть… Господи, да какая разница теперь.

– Есть! Есть разница! Если ты сейчас испугаешься и не придешь, ты и потом в мой дом не придешь, и так, постепенно, выпадешь из моего круга. Оно тебе надо – друзей и знакомых терять? Все наши тебя давно знают и любят… Ой, да сейчас все так делают, Арин! Это раньше при разводе друзей делили, а сейчас вовсе не повод.

– Я все понимаю, Оль, но я не смогу. Мне тяжело будет.

– Перетерпи. Так надо! Ну хочешь, я Ивана тоже позову, Леркиного бывшего?

– Зачем?

– Ну… хотя бы для равновесия?

– Какого равновесия? На одной чаше весов – двое брошенных, на другой – двое счастливых?

– Ну, Ивана, допустим, уж никак брошенным не назовешь. Он мужик такой, себе на уме. Знаешь, как Лерка долго его окучивала? У них ведь поначалу просто деловые отношения были, он ее наследством занимался, как поверенный.

– Он что, нотариус?

– Да нет… Не знаю точно, кто он.

Знаю только, что у него свое детективное агентство есть… Еще какая-то фирма… В общем, он мужик деловой и не бедный. Давно разведен, один живет. Я ж говорю, для Лерки он завидный жених был. А только на ней он все равно бы не женился, он же не сумасшедший.

– А Родя, значит, сумасшедший?

– Да нет, Родя тоже не сумасшедший. Родя хочет другой жизни. Чтобы как на картинке. Чтобы в белых штанах босиком по лужайке на фоне красивого дома.