Три жизни жаворонка

– А какие, по-твоему? Ты думаешь, я сплю и ничего не слышу, да? Ты ж опять во втором часу ночи пришла! Сколько это безобразие будет еще продолжаться, Анастасия? Хочешь, чтобы я на крайние меры пошла?

– Мам, ну зачем ты…

– А затем! Как еще с тобой поступать, если ты сама ничего не понимаешь? Или тебе надо объяснять, чем могут закончиться твои ночные гуляния? В подоле нам с отцом принести хочешь?

– Ирина, прекрати… – быстро вскинул на маму сердитые глаза отец. – Не надо с ней в таком тоне разговаривать, слышишь?

– Как считаю нужным, так и буду разговаривать! Она моя дочь, в конце концов! Если ты ничего не соображаешь, то у меня, слава богу, нормальная голова на плечах имеется! И я рассуждаю здраво! И говорю то, что думаю, без романтических экивоков!

– Да я совсем не против твоего здравомыслия, Ирин… Я просто хочу сказать, что нельзя в таком уничижительном тоне разговаривать…

– Как умею, так и разговариваю! И еще раз могу повторить – этим ночным гуляниям надо положить конец! И не спорь со мной, Егор!

– Да разве с тобой поспоришь… Себе дороже…

Настя вздохнула, подумав про себя, какие же они разные все-таки, мама с папой… И как только умудрились столько лет вместе прожить? Хотя говорят, милые бранятся – только тешатся? Но ведь бранится обычно мама, а папа молча выслушивает! И при этом как-то так получается, что мамина брань будто и не достает его вовсе… Он вообще по природе молчун.

И очень добрый. И спокойный. И умный. А мама… Мама – огонь! Ей надо, чтобы последнее слово всегда за ней было! Причем это слово должно быть решительным и громким, хотя часто обстоятельства этого и не требуют. В общем, все, как у Онегина с Ленским – «Они сошлись, волна и камень, стихи и проза, лед и пламень»… И все бы ничего, и слава богу, что сошлись… Если не брать во внимание, конечно, чем там у Пушкина все это закончилось.

Нет, в общем и целом они замечательно живут, и в поселке их семью считают показательно образцовой. Дом хороший выстроили, двухэтажный. Сад вокруг дома, цветы. Папа бригадиром в леспромхозе работает, мама аптекой уже много лет заведует.

Очень ее в поселке все уважают, потому как она любой совет может дать, какую болячку чем лечить. Фельдшер Тамара Филипповна часто шутит – хлеб у меня отбиваешь, Ирина Ивановна! Ты ж, мол, провизор, ты не можешь советы давать! Мама только усмехается понимающе – а что, мол, тебе еще остается говорить, если народ ко мне за советом тянется… Такой, стало быть, ты фельдшер, что провизору доверия больше.