Тайный клуб психопатов

Мертво-розовато-серый, мокро-синюшно-серый… У меня отлично получается придумывать названия оттенков серого.

– Два года.

Два года? А ему не хотелось бы покинуть тихую гавань и чуток отпустить тормоза?

Выуживаю кое-что еще, и в буквальном, и в переносном смысле слова, один за другим извлекая из поросенка внутренние органы и вытягивая из Вонючки все возможные сведения. Он тоже тогда здорово набубенился, так что впечатления от тусовки у него далеко не полные.

– Чад вроде положил на тебя глаз, – говорит Вонючка, глядя, как я достаю поросячью печень.

– Не знаю, кто такой Чад.

– Ну, в смысле, президент САЭ.

– Прости, не припомню такого.

Он явно удивлен.

– Он что-то сказал про твое платье.

Сосредотачиваюсь на серых потрохах перед собой. Тычу в поросячий язычок скальпелем, вспоминая брызги крови на своем розовом коктейльном платье, которого давно уже нет – выброшено в мусорный контейнер на задах закусочной «Попайз».

– Про мое платье?

Платьишко было недешевое, и я хорошо в нем смотрелась.

Украдкой бросаю взгляд на Вонючку. Он красный как рак.

– Ну, что оно тебе очень идет.

– А-а…

Больше из него уже ничего не вытащить. Хочу спросить у него о том, про что мне говорил Чарльз – что Уилл что-то искал в штаб-квартире САЭ, – но такой вопрос никак не задать без привлечения к себе ненужного внимания. Однако, как только Чарльз прислал мне это сообщение, я мысленно возликовала. У Уилла все-таки где-то есть это видео – он не стал бы искать того, чего у него уже давно нет.

Моем руки, и я профессионально тру их скребком, как будто настоящий хирург.

– Жутко есть хочется. Не хочешь вдарить по пицце в «Олл-Пёрпоз»? Мы там небольшой компашкой встречаемся, через пару часиков.

– Нет, спасибо, – отказывается Вонючка, бросая взгляд на пакет для биологических отходов, в который мы сгрузили остатки своего поросеночка.

– Ну, как знаешь, – отзываюсь я, заталкивая в уши горошины наушников.

До ужина мне надо управиться с еще одним последним делом. Для этого направляюсь в «Холлбрэк» – общагу на южной стороне кампуса, где живут второкурсники. Проскочить туда достаточно легко, поскольку у входа собралась порядочная толпа, занятая обсуждением какого-то телевизионного шоу про убийства.

Болтаюсь возле общественной душевой, делая вид, что набираю эсэмэску, пока оттуда не выходят две девчонки.