Наваждение

Сын мало что понимал в своем возрасте, а подруга ощутит солнышко на себе и завтра, и послезавтра, и во все остальные завтра. Счастливая, с одной стороны.

Завидев Алана, сынишка радостно разулыбался ему как самому родному человеку и гукнул: «ла». Друг расплылся в не менее радостной и теплой улыбке. Подхватил у меня сына с колен, при этом слегка подбросив в воздух звонко засмеявшегося малыша, и чмокнул ребенка в светло-золотистую макушку.

– Растешь не по дням, а по часам, маленький Дэви, – ворковал друг, покачивая малыша.

Подняв голову, он кивнул мне: – Ева, доброе утро, – и покосился на смущенную Эстель. Из голубых глаз мгновенно ушла вся теплота. Он оценивающе оглядел девушку своим фирменным взглядом маньяка-людоеда, точнее… ну, вы поняли кого, и склонил голову к плечу: – Мисс Эстель, полагаю?

Моя помощница робко кивнула и, бросив на меня удивленной взгляд, потупила глаза. Я же свои закатила. Господи, Эстель, ну, ты-то куда?

– Эстель, познакомься, это мой хороший друг – Алан Солесс.

Алан, моя подруга – Эстель Вильямс.

Эстель слегка побледнела.

– Приятно с вами познакомиться, мистер… – она сглотнула, выдавив: – Солесс.

Я хмыкнула. Фамилия Солесс довольно редкая и звучит как «бездушный» и, на мой вкус, подходит другу как нельзя лучше. Он иногда та еще бездушная скотина. Правда, только со своими, м-м-м, клубными подружками. С другими людьми и простыми девушками – душка-душкой.

Даже и не подумаешь, что внутри такого доброго, мягкого человека прячется жестокий зверь, которого сам Алан нарек Голодом. Впрочем, если быть совсем непредвзятой, обе стороны получали из таких отношений только выгоду, и в эти отношения никто никогда никого не тащил.

– Для вас, прелестная мисс, просто Алан, – во время моих рассуждений сверкнул белоснежными зубами друг. – Готовы к отъезду?

Получив мое уверенное «да», передал мне сына и взялся грузить наши немногочисленные вещи.

Закинув небольшую сумку в багажник и сложив коляску, закинул ее следом, глянул на меня:

– Это все? Тогда в машину.

Тепло распрощавшись с подругой, напоследок крепко обняв девушку, усадила Дэвида в детское кресло, какое Алан купил с его рождением и, усевшись рядом, обернулась, наблюдая, как друг вбивает предположительно свой номер телефона в телефон краснеющей Эстель, и отвернулась.