Наваждение

– Ну, что ж, так даже лучше, – задумчиво соглашается он, и пока я делаю несколько судорожный глоток воды, ошарашивает новостью, отчего я едва не давлюсь: – Этот дом я перепишу на тебя, считай это подарком тебе как матери моего пока не рожденного ребенка и своеобразными алиментами.

Ух, ты. Надо же, какое благородство. Но, правда, отказываться не собираюсь. По сути, жить мне больше негде. Средств на данный момент хватает, но чтобы снять хорошее жилье, нужно немало времени и сил, а у меня не имелось ни того, ни другого, да и работу никто не отменял.

И это я молчу, что мне теперь требуется хорошо и качественно питаться, а уж сколько всего нужно ребенку.

– Спасибо, – сухо киваю.

– Отлично. Документы будут у тебя в течение нескольких недель. Позвоню, когда будет все готово, чтобы ты подъехала в контору. И ты же понимаешь, что звонить или искать меня, а также надоедать потом мне не следует? Мы в расчете, Ева. И да, не вздумай шантажировать ребенком.

Наивный.

Мне он теперь точно не нужен. За малыша только обидно. Папа отказался от него, даже не увидев. Глупец.

Тихо фыркаю:

– Вот еще. Но мне от тебя тоже нужны гарантии, что ты через пару лет не заявишься ко мне на порог, требуя встречи с малышом. Составим договор, где ты откажешься от своих прав на него.

Оскар смотрит на меня как на идиотку, но мой ответный взгляд тверд. Говорить он мог все что угодно, но я не первый день на свете живу и знаю, какими могут быть придурками люди.

– Перечитала дешевых любовных романов? – рычит пока еще муж. – Я уже все сказал. Он – указательный палец на мой живот, – мне не нужен!

– Тем более, не должно возникнуть никаких проблем.

– Ладно, – спустя несколько минут молчания выплюнул мужчина. – Будь по-твоему. Мой юрист подготовит нужные бумаги и отправит вместе с бракоразводными. Довольна?

– Более чем.

– Чудно. Рад, что в конечном итоге мы друг друга поняли.

А уж как я была рада.

Муж замолчал, внимательно меня разглядывая. Я на него принципиально не смотрела и надеялась, что он как можно скорее уберется куда-нибудь подальше, раз это теперь мой дом.

Мой дом. Черт. Должно быть приятно, но возникло всего лишь облегчение, что никуда бежать и мыкаться с ребенком в животе по мотелям не нужно будет, по крайней мере, пока.

Краем глаза уловила, как супруг медленно поднялся, бросая:

– Заберу вещи завтра.

– Хорошо.