Грибники

Влекомая графическим сюжетом с мухоморами, продолжавшимся на две стены, Марина завернула угол и некоторое время, неудобно стоя на шатающемся куске силикатного кирпича, рассматривала, чем там у грибов дело кончилось. А кончилось оно какими-то буквами. Сравнила с листком. Не то.

Вздохнув, огляделась и заметила у стены напротив, между семейкой синих поганок и масонским символом словно бы торчала тонкая бетонная свая. Пригляделась; не свая. Выходило, что в нескольких шагах от нее неподвижно, словно неживой, стоял высокий военный во всем белом.

Белые брюки, белый военный китель, белая фуражка. Китель сидел неплохо, но явно некогда был с чужого плеча; хотя до нынешнего дня его, судя по виду, носили долго.

Оценив и обдумав эти подробности, Марина всмотрелась лицо мужика. Лицо было смуглое, нерусского происхождения.

Но все-таки не араб, мысленно разочаровалась Марина. Кто-то другой. Охваченная азартом охоты на тахрир, она даже забыла испугаться такого явления, как незнакомый мужик вечером на пустыре.

Мужик, как она поняла, наблюдал за ней вот уже пару минут, как только она вышла из-за угла.

Теперь, словно в чем-то убедившись и приняв, в соответствии с этим, некое решение, он чуть приподнял фуражку в знак приветствия. Лицо его являло контраст с жестами и приветливым отнюдь не было.

– Вы опоздали на полчаса, – укорил он, приблизившись. – Я был против того, чтобы они брали неподготовленных людей, но к сожалению, кадровую политику определяю не я.

– Неподготовленных? – опешила Марина.

 – Опоздала? Но… я вообще не собиралась сюда идти! Я здесь случайно! Я искала надпись, а не вас.

– Я не осведомлен о цели ваших поисков, – сказал смуглый мужик, добавив в голос звучности, – но я заключил, что человек вашей комплекции едва ли станет случайно гулять по пересеченной местности. Следовательно, вы что-то искали.

– И вы, конечно, не могли не упомянуть мою комплекцию, – обиделась Марина. – Это фэтшейминг.

– Я его практикую довольно часто, – в тоне военного было то, что она назвала бы «непримиримым согласием».

 – Приятно бывает кого-нибудь унизить.

– Тогда я ухожу, – обиделась Марина, отворачиваясь обратно к поганкам. – И вообще я… Я вообще не ожидала кого-то тут найти… Я искала надпись на арабском. Не каждый человек пойдет по буеракам искать надпись, которую ему продиктовали во сне!

– Не каждый, конечно. Только тот, кто отчаялся.

Марина обернулась.

– Я ведь и вломить могу, – пригрозила она, неубедительно размахивая листочком.