Вперёд, к победе мулинизма! Книга 1. Революция

– Давай выпьем.

– Давайте, ваше величество.

Дзынь. Бульк. Хорошо пошло.

– И вообще, Гириэн, не называй меня «величеством». Для тебя я Ники. Ты же меня понимаешь?

– Понимаю.

– И уважаешь?

– Уважаю.

– Это хорошо. А тут ещё проблема – магии нет. Раньше здорово было – колдуй, сколько хочешь, а потом внезапно все источники магической силы иссякли и всё – магии конец. Этого никто не ожидал, поэтому никаких запасов не сделали. Это сейчас я понимаю, что надо было сделать накопители для резерва магической силы, но уже поздно, прозевали мы своё счастье.

Где ж теперь мага взять?

– Ники, не волнуйся. Я в детстве от матери удрал в лес, лазил по кустам и упал в какую – то яму. Оказалось, это был магический источник.

– Так ты что, маг?

– Маг (правда, Гириэн не стал уточнять, что в магический источник он попал только одной ногой, поэтому и уровень магии соответствующий).

– Гириэн, за это надо выпить!

– Ники, наливай.

Попытались чокнуться, но промахнулись.

Выпили так.

– Гириэн, ты поможешь мне? Сын очень нужен!

– Ники, сын будет.

– Я тебе верю. Ну, давай по последней, и всё. А то мне завтра снова императором работать.

Последний бокал одолели уже с трудом. Потом Никиэль поднялся, чтобы пойти к себе, но его почему – то внезапно закачало. Он ухватился рукой за спинку кресла и удивлённо спросил:

– Шо, дворец взорвали?

– Ники, спокойно, ещё пока ничего не взорвали. Пойдём, я тебя отведу.

Гириэн выпил чуть поменьше, поэтому его хоть и качало, но не так сильно. Он подхватил пьяного императора и поволок по коридору. Подойдя к знакомой двери, он затащил Никиэля в комнату и плюхнул его на кровать. Супружеское ложе было здоровенное, как полигон, поэтому падение на него императорского тела ничуть не потревожило сон Ассиэль. Сам император вырубился ещё во время падения, так что момент приземления на кровать прошёл мимо его сознания. Оставив императорскую чету мирно почивать, Гириэн вернулся к себе.

Там его сознание срочно взяло выходной, и он рухнул на свою кровать. Спал он долго, ибо именно в это время его организм боролся с последствиями неумеренного возлияния в компании монарха. Проснувшись где – то в промежутке между полдником и ужином, он ощутил себя, мягко говоря, весьма нехорошо. Известную русским истину: «От чего заболел, тем и лечись», он не знал, но интуитивно почувствовал.