По другую сторону книги

Окна княжеского замка были выполнены из цветного стекла, что показалось мне крайне непрактичным, но красивым. Высокое парадное крыльцо из красного дерева также было резным, ступени покрывал богатый ковер. Я было решила, что мы сейчас поднимемся на него, и Велес громко постучит в украшенные изразцами двери, однако он уверенным шагом прошел мимо и завернул за угол. Он остановился и вновь проделал фокус с потайной дверью.

– Отец не одобряет этого, ты же знаешь, – тихо сказал Ладимир, с тревогой глядя на брата.

– Но он и не запрещает, верно? – парировал Велес.

– Да, но в его состоянии, я не уверен, что он не уснул снова.

– Акамир проследит за этим.

Друг за другом мы прошли через потайную дверь, а дальше последовала череда коридоров и переходов в стенах замка: прямо, поворот направо, два поворота налево, лестница, снова прямо, еще один поворот налево, еще одна лестница а потом все время прямо. Я повторила этот маршрут про себя несколько раз на случай, если мне придется бежать из замка, хотя тогда мне пришлось бы скорее всего выбираться через главный вход, где стоит стража, ведь Велес вряд ли великодушно оставил бы дверцу открытой.

Велес вдруг остановился, постоял, к чему-то прислушиваясь, едва заметно нажал на стену, и ее часть отъехала в сторону, открыв проход в комнату. Братья пропустили меня вперед, и я оказалась в покоях великого князя.

Комнату освещал только слабый свет заходящей луны. Мне удалось разглядеть огромную кровать с балдахином, который был не задернут, темный камин, напротив – гобелен, закрывающий дальнюю стену комнаты, у окна – дубовый письменный стол, на котором в беспорядке валялись бумаги, а в углу большое мягкое кресло и клетчатый плед на нем.

Раздался приглушенный балдахином голос:

– Велес, я знаю, что это ты. Лад передал, что у тебя для меня есть нечто важное.

Ну вот, теперь у меня еще и галлюцинации начались. Этого просто не могло быть. Нет.

Прежде чем Велес успел что-то сказать, я подошла к кровати и отдернула полог, чтобы посмотреть в глаза того, кто когда-то давно оставил маленькую девочку с мамой одних безо всяких объяснений.

На подушках лежал старик: лицо болезненно желтоватого оттенка покрывала жесткая седая борода, кожа высохла, седые волосы свалялись в колтуны, а глаза глубоко запали.