Йошка. О нечисти из первых уст

Если дать своё имя герою, кто-то легко сможет меня опознать. И получится, что я свою жизнь выставляю на всеобщее обозрение.

– Хорошо, – я тут же с телефона залезаю в интернет и изучаю японские имена, – пусть я буду Мэй, а ты – Аки!

– Отлично! – обрадовался Лёха. – Так мы их и назовём! И это будет нашей общей тайной!

– А ты любишь тайны? – удивляюсь я.

– Не то, чтобы люблю, но ведь в нашей жизни часто приходится что-то утаивать от близких. Хотя бы ради того, чтобы не огорчать их. Вот ты, например, рассказала Агнессе Дорофеевне про вчерашнее приключение?

– Нет, конечно!

– И я не стал расстраивать деда.

То есть утаил это событие.

– А как ты объяснил ему синяки и ссадины на лице?

– Сказал, что упал на кучу хвороста.

– И он тебе поверил?

– Не знаю, но приставать с расспросами не стал, – улыбается Лёха.

– А мне и рассказывать ничего не нужно. Когда мы рядом – бабуля всё обо мне и так знает. А если я далеко, она может на своём волшебном блюдечке посмотреть, чем я занимаюсь.

– Но вчера-то у неё не было блюдечка! Она же у деда сидела! Или она всегда его носит с собой?

– Нет, конечно!

– Значит, и ты утаила от неё эту историю.

Вот так тайны и появляются.

– Слушай, Лёха! – говорю я, понизив голос, как будто нас кто-то может подслушать. – А у тебя есть настоящая страшная тайна? Такая, о которой никому нельзя рассказать?

– Есть.

– А мне расскажешь?

Друг задумывается ненадолго и коротко отвечает:

– Только в обмен на твою тайну.

– Идёт! – соглашаюсь я, и мы ударяем по рукам.

 – Ты первый рассказываешь.

– А почему я? – слегка оторопев, спрашивает Лёха.

– Потому что ты мужчина! – заявляю я.

– А разве мужчина не должен уступать даме? – возражает он, хитро улыбаясь.

– Хорошо, я могу и первая, – соглашаюсь я и начинаю свой рассказ:

– Каждый год, накануне моего дня рождения, ко мне ночью является какая-то женщина. Всегда в белых одеждах, которые струятся и переливаются. Волосы у неё светлые, длинные и распущены по плечам. А глаза очень печальные.

Она смотрит на меня и нежно гладит по голове. А я до сих пор не могу понять, сон это или явь. Она просит никому не говорить о её визитах. И я молчу. Тебе первому рассказала.

– А когда у тебя день рожденья? – уточняет друг.

– Завтра. Думаю, этой ночью она опять придёт.

Почесав голову, Лёха ненадолго задумывается, потом спрашивает:

– А ты ей никогда не задаёшь вопросов? Кто она? Зачем приходит? Что ей нужно?

– Нет, обычно я теряюсь.