Мой парень – сущность

– Зачем ночуешь у него в таком случае?

– Да не было ничего у нас с ним. Я не смогла себя побороть, – на лице сестры отразилась неприязнь.

– Лена! – воскликнула Марина. – Срочно надо расставаться! Если дело обстоит так, чего ты тянешь? Он тебе не муж, если противно спать с ним – я тебя вообще не понимаю… Хочешь, я сама ему скажу?

– Нет, что ты. Так нельзя. Я сумею объясниться с ним. Думаю, после моего вчерашнего отказа он не сильно удивится…

Марина задумчиво произнесла:

– Сделаемся обе холостыми, будем ходить в клубы или в библиотеки…

– С твоим графиком работы много не походишь, Маришь.

– Точно. Но что-нибудь придумаем. А что у тебя на работе? Есть симпатичные парни? Ну, такие, кто в твоем загадочном вкусе?..

– Пока не определилась, – Лена неловко улыбнулась. – Мужчины есть, но какие-то… неромантические герои. Может быть, если получше приглядеться…

– Вот, – перебила ее сестра. – Подумаешь в следующий раз, как отшивать двух красивых парней подряд! Это тебя мироздание наказывает!

Лена вздохнула:

– Ну боюсь я знакомиться! Вот как побороть себя, если у меня коленки дрожат и сердце замирает?!

– Бедненькая моя девочка, – нарочито заботливо сказала Марина.

– Марина, перестань! Не надо меня жалеть. Я не люблю этого, ты ведь знаешь.

***

Когда эндорфины от купания в ангельском озере ослабили эффект, Вике стала любопытна одна деликатная тема. Вопрос, а любят ли ангелы так, как любят люди, беспокоил ее с момента, как она очутилась в зале среди прекрасных существ, чей мужской пол был непозволительно сексапилен, особенно в случае, если любить мужчины-ангелы не умели…

Луч божественной любви в озере Света в разы усилил желание узнать правду.

Вика спросила подруг:

– Девочки, а как любят ангелы?

– Ангелы любят всем сердцем, всем своим существом, – не раздумывая ответила Гликерия.

– А кого они любят?

– В первую очередь, мы любим Бога, – ответила та. – Часть его есть в каждом творении: в каждом ангеле, человеке, любой другой сущности.

– Почему я не чувствую этого? – встрепенулась Вика. – Ну, то есть, не чувствовала, пока не искупалась в озере.

– А теперь чувствуешь? – поинтересовалась Дорофея.

Вика задумалась:

– Кажется, начинаю понимать… Когда стояла в лучах – понимала явственно, а сейчас ясность будто ускользает от меня.

– Скоро ты всему научишься, Феврония, – заверила Гликерия.