Однажды в Пушкарёвом

– Кать, а можно в залу попасть? – очень серьёзно спросил Сергей.

– Нет! Ключи от неё только у дворника. Но он не даст ни за какие коврижки. Да и нельзя туда никому: там одна страшная история произошла. Мне кухарка наша рассказала…

– А матрас здесь зачем на полу валяется? – перебил Алёша.

– Не знаю. Сюда вещи старые все жильцы несут: у кого что лишнего в квартире есть, или что сломалось – на чердак сваливают. Дворник, наверное, потом забирает или старьёвщика сюда зовёт… Да хватит вам с вопросами приставать! Давайте уже начнём, что ли?

– Сначала кулебяку и яблоки покушаем, – предложила Маня.

Я пока буду делить на всех, а пусть кто-нибудь на бумаге буквы рисует.

– Пусть Шурка рисует, а вы, мальчики, блюдце скребите, чтобы до шершавого пятна дошло. А я свечки буду зажигать, – скомандовала Катя.

Через четверть часа ребята образовали на полу тесный полукруг; остатки угощения были завёрнуты в бумагу и отложены на матрас. Медиумом избрали Катю, которая была на год старше всех собравшихся и вообще имела все права хозяйки.

– Кать, а кого мы вызывать-то будем? – спросили Шура, дожёвывая яблоко. – Ты ещё днём на катке сказала нам, что у тебя мысль какая-то появилась.

– Так вы же мне сами всё рассказать по порядку не даёте: то матрасы, то кулебяки… Про этот дом существует одна легенда. Я лично в неё верю. Вот слушайте. Этот дом когда-то принадлежал одному очень богатому купцу. Фамилия его была Смирнов. И был он не просто нечестный человек, а самый злющий и жадный в этом переулке… И было у него пять дочерей, пять родных сестёр.

Вот однажды все эти барышни очень крепко поссорились со своим отцом. Прямо на всю жизнь поссорились! Никто не знает, какая кошка меж ними пробежала, но их никто не мог помирить. Жена этого купца ушла от него – вот какой он злой был! А потом на этом самом чердаке люди нашли двух мёртвых сестёр, а три другие пропали. Все были уверены, что папаша их всех убил… Ну, или они сами себя… А купец этот потом прожил совсем мало, потому что от горя с ума сошёл и его в больницу психопатическую увезли. Вот это и есть та самая страшная история, которую мне кухарка рассказала.

– Погоди, Кать, ты хочешь сказать, что вот на этом самом чердаке они и умерли? – спросил Алёша.

– Прямо на этом.

– Прямо здесь?!

– Вы глухие? Я же сказала: прямо здесь.

– Вот на этом самом матрасе? – прошептала Маня.

– На этом – вряд ли, потому как он здесь недавно лежит… А может, даже и на этом.