Измена. Жестокий брак

Когда Руслан, довольно рыкнув, засыпает рядом, я еще долго не могу провалиться в дрему. Хаотично перебираю беспокойные мысли, отвернувшись от мужа. Голова кружится, я скукоживаюсь в позе эмбриона и тихонько всхлипываю. Тоскливо поскуливаю, как щеночек. Лицо становится мокрым от слез.

ГЛАВА 13. Ужин

Утром просыпаюсь сжатой в комок, скукожившейся, как и засыпала. Лицо опухло от ночных слез. Внизу живота больно тянет.

Лежу на боку, Рус (больше некому) почти до макушки накрыл меня одеялом. Гоню прочь мысли, что именно так накрывают трупы в морге.

Неуместное сравнение. Он явно хотел проявить заботу, но не стал дожидаться, пока я проснусь. Укатил на работу, хотя сегодня воскресенье, и можно было поработать из дома. В офисе никого нет.

Расправляю мятую простыню рядом с собой, на ладони остается едва уловимый аромат табака с нотами бергамота. Надо собирать себя и вставать. Это моя жизнь, мой брак. А значит, я сама должна приложить усилия, чтобы интимная жизнь приносила больше удовольствия и страсти.

От последнего слащавого словечка пробивает на хи-хи. Сколько романов и кинофильмов посвящено страстной любви в паре! Хочется закричать: «Все брехня! Высокие слова и красивые постановочные кадры! А по факту шиш с маслом!»

Изрядно передергивает от ночных воспоминаний. Надеюсь, это не потому, что я ледышка или какая-то фригидная.

«Одна никудышная ночь ничего толком не значит, – успокаиваю себя, обняв за плечи. – Я расстроилась из-за грубости Руса, его идиотской просьбе об Алиске.

Только и всего… мы с мужем должны больше общаться друг с другом, проговаривать то, что внутри, чтобы не было глупых обид и недопонимания. Так советуют во всех женских журналах, значит, оно должно работать!»

Чувствую, как не хватает сейчас разговора с Алиской. В другой ситуации, без Руса, я бы уже давно болтала с подругой, а она успокаивала меня в привычной взбалмошной, сказочно-позитивной манере. Однако сейчас лучше будет разобраться без нее… Но вообще очень странно, что Алиса сама не звонит и не пишет, как обычно, в вотсап.

Наверное, думает, что я еще сплю.

Рассуждаю бодро, но сил встать абсолютно нет. Кажется, что придавили к постели могильной плитой. Голова легонько кружится, состояние полной разбитости. Шатает.

Только кофе может вернуть меня к жизни!

Эта мысль позволяет вылезти из-под одеяла и добрести заплетающимися ногами до кухни. Мы решили жить в квартире Руслана, мою собираемся сдавать.