Со мной будет Нике!

Однако последний вопрос довел её окончательно, она невольно подскочила на стуле и вцепилась в него с новой силой.

– Какое-то совершенно нелепое смешение красок и стилей. Вы думаете, это экспрессионизм? – без всякого выражения продолжил дилер, откидывая корпус назад. – Зря портите краски. Я ничем не могу помочь.

Нике опустила голову и нахмурилась. Она ругала себя за несостоятельность, доверчивость и абсолютное незнание людей. Её бесила собственная бестолковость и невезение. Девушка, пряча слезы, снова подскочила на стуле, отчего торговый агент вздрогнул и кинул в нее полный презрения взгляд.

– Не тратите моё время, посмотрите хотя бы журналы по искусству. Сегодня человеку нужна красота, стиль, мода, он жаждет сладкой безоблачной жизни, он хочет покупать лучшее, изящное, дорогое, а не безысходность. Взгляните на эту прекрасную вазу. Вот настоящее искусство! Она словно икона, образец для поклонения и восхищения: идеальные цвет, стиль, форма. Увидев такую красоту, человек немедленно захочет обладать ею, заплатив любую сумму.

В этом и есть сила искусства.

Нике с недоверием посмотрела на хваленую вазу. Совершенный кусочек стекла нисколько не трогал её сердце, наоборот, его безупречность казалась искусственной и фальшивой. Она потупила темно-коричневые глаза и досадливо надула губы.

Девушку душила злость, и тому была весомая причина. Несколько дней назад Нике встретила однокурсника по художественному колледжу – Стефано. Он выглядел очень счастливым, и девушка поняла, почему. Его работы, в целом весьма оригинальные и смелые, еще на выставке после окончания курса, привлекли внимание влиятельного критика-искусствоведа.

Тот познакомил Стефано с продавцом картин, и вскоре его полотна появились на вернисаже, уже среди работ известных художников. Там Стефано тоже не остался незамеченным. После хвалебных статей им заинтересовались организаторы государственных галерей и представители музеев. А совсем недавно ему удалось продать две картины за очень хорошие деньги. Стефано дал Нике адрес своего торгового агента, обещая, что тот проверенный человек и обязательно поможет.

На художественном курсе их многое связывало. Их обоих считали бездарными, ни на что не способными художниками, провокаторами и бездельниками. Они вместе терпели едкую критику на свои картины, вместе пересдавали экзамены, и, казалось, должны быть обречены на безвестность и нужду. Но Стефано выстоял, добился успеха, а  Нике, едва сдерживающей слезы, снова не повезло.

– Прощайте.