Дети вечного марта. Книга 2

– Селяне клянутся, что дракон.

– Орёл! Гигантский…

– Такой большой, что медведя уволок? – хохотнул Саня.

– Вот ты смеёшься, а я думаю, если бы захотел – унёс бы. Но он только за уши кадьяка рванул, волки довершили – мы проехали. Ой, а потом я все цветочки из головы повыдирала. За нами же ещё медведи гнались. Правда, обыкновенные.

– В деревню голубь прилетел от Пелинора. Князь велел задержать вас до особого распоряжения.

– Санечка, может, я и ошибаюсь, только мне кажется, что он не хотел нам зла… не знаю.

– Ага, а медведи сами по своей воле вас гоняли…

– Ты как человек рассуждаешь. Младшие братья же только самые простые приказы понимают. Велел им Пелинор нас ловить, вот они и ловили.

– Так чего же он хотел?

– Тебя на Границе оставить. Ну, может, ещё Эда. Только Эдвард…

– Знаю, отказался. Кто он?

– Кто, кто?

– Эд.

– Младший сын какого-то князя. Вся его семья погибла. Больше я ничего не знаю.

Фасолька не лгала, она действительно не знала.

Сопел Эд.

Совсем как лошадь всхрапывал во сне Шак. Свистел носом спавший в мокрой траве будто на перине Зелёный.

– А этот кто? – указал Саня взглядом.

– Тшш! – громко прошипела Фасолька. – Он и во сне слышит.

На восточной оконечности поляны, наполовину загороженный лапами голубой ели, возвышался величественный и одновременно нелепый термитник. Сооружение напоминало изящно вытянутую вверх, испещрённую ходами, похожую на древний полуразрушенный храм, кучу дерьма.

Обитателей в термитнике жило всего ничего.

Каждый – длиной в поллоктя взрослого человека, не считая усов. К гостям, расположившимся на поляне, они относились неприязненно, но нападать – дураков нет. Эх, рано гостюшки сюда пожаловали. Семья термитов только-только начала строить свой замок. Лет бы эдак через… нет, пожалуй, через десять, чужие начнут объезжать эту полянку седьмой дорогой.

Старому седому термиту ничего не оставалось, как прятаться за верхушкой своего недостроенного замка и наблюдать.

Тем более, к противной компании присоединился Его Зелёное величество Повелитель леса. Тут уже не до коварных планов, сиди, прижав усы, и тихо надейся, что не заметят, не тронут. Характер Пан-Дар-Т”ха– Лаххеда, шепотом именуемого мелкоподданными просто Паном, знал всяк живущий на его земле.

Сначала все спали, потом нянчились с проснувшейся курицей, потом уставились на Шака. Апостол отмахивался, ругался, дотянулся даже один раз до развеселившейся Фасольки.