Дети вечного марта. Книга 2

Похмельный мужик пожевал губами, будто хотел и их съесть, обсосал нижнюю и вприщур уставился на виновников:

– Кто такие?

Сун приветливо улыбнулся Его Неряшливой Милости, сложил ладони под подбородком, поклонился, сощурил без того узкие глаза и пропел:

– Мы честные торговцы, ездим, ловим или покупаем птиц, продаём. Ваша милость не должен опасаться. У нас есть все документы.

– Покажи, – потянулась грязная широкая как лопата ручища. Сун вытащил из маленького тубуса свиток. Комендант развернул скрученную бумагу, прочёл, – грамотный! – и издевательски хрюкнул:

– Торговцы? Да вы такие же птицеловы, как Копыто звездочёт.

– За что пытать, Ваша милость! – взмолился Сун.

– За вредительство. Кто сено в запрошлом годе пожог? Вы! Кто на стене ратуши похабное слово написал? А? Что молчите? Тот-то! Вы! Кто молочницу убил? Горбашка! Горбан!!!

В грязный покой вбежал действительно горбатый неопределённого возраста мужик с длинными, чуть не до полу руками.

– Горбашка, отведи вредителей в подвал. Пусть с ними Макуша потолкует. Думаю, они девушку молочницу сегодня ночью снасильничали и убили. Вещички их вели обыскать… нет, лучше, пусть сюда принесут. Я сам обыщу. О! И Карика обыщи. Что-то он у притолоки жмётся. Заначил уже денежки, вижу – заначил!

Комендант обладал зверской прозорливостью. Кроме того, прослеживалось что-то общее между встретившимися по дороге маргиналами и данным чиновником. Командир гарнизона отличался военной выправкой и некоторым даже благородством, комендант представлял из себя окончательное и полное быдло.

Кошель с марками, уплаченными за так и не полученную информацию, не замедлил себя явить. Комендант, довольно хрюкнув, выплюнул через губу:

– Десять плетей.

Горбашка сгрёб трактирщика за шиворот и потащил, как куль. Карик при этом не издал ни звука.

– Дожидаться будем, пока он вернётся или сами всё расскажите, – прошамкал комендант, ковыряя грязным ногтем в зубу.

– Мы честные торговцы.

– Значит, подождём.

Лицо коменданта сделалось жёстким. Дряблые щеки затвердели. Глаза буравили недотёпистых преступников.

Игорь быстро прикинул, что так оно всё и будет. Пугать их комендант больше не намерен. Дождётся страшного Горбашку и сплавит упрямых шпионов в подвал. Герцог, чистоплюй хренов, завёл себе игрушечную камеру пыток и потихоньку туда бегает утолять нездоровое влечение.