Ядовитые оковы любви

Перехватив ее руку, отвел в сторону, покачал головой и мягко проговорил:

– Нет, ты прекрасна. Я хочу смотреть на тебя, целовать каждый миллиметр твоей сладкой кожи. Вылизывать твою сладкую, мокрую дырочку, ты же уже мокрая для меня, Али?

Она покраснела от моих слов еще больше, но кивнула, медленно убирая руки со своего тела, открывая себя.

– Да, вот так, – проурчал. – Никогда не закрывайся от меня.

Медленно снял с себя вещи, оставаясь в одних боксерах, под голодным взглядом моей девочки удовлетворенно улыбнулся, опустился перед ней на колени, осторожно уложил девушку на спину, стараясь лишний раз не давить весом.

Целовал сладкие губы, спускался к шее и перехватывал сосочек ее налившейся груди.

Ее стон был мне наградой. Спустившись ниже, обвел языком пупок и зарылся в мягкие волосики лобка. Лизнул клитор и протолкнул фалангу пальца в ее узкую дырочку.

Вылизывая ее клитор и потихоньку продвигая палец все дальше, сам не мог до конца насладиться ее соками, которые уже текли по моей руке.

Али стонала уже в голос:

– Только не останавливайся, Алекс! Только не останавливайся!

Сжал клитор и немного перекатил между пальцами, протолкнул в ее лоно второй палец…

– Пожалуйста, Алекс. Мне нужно, пожалуйста, там, – тихо шептала она, сжимая простыни руками.

Быстро снял боксеры и лег на нее сверху, упираясь в кровать локтями, сильно сжал ее руками, чтобы не вырвалась, и поцеловал. Головка члена легко скользнула внутрь и уперлась в преграду.

Али вздрогнула и попыталась слегка сдвинуться, чтобы уйти от этого распирания, но я не дал.

Резко толкнувшись вперед на полную свою длину, остановился. Она вскрикнула и попыталась вырваться из моего захвата. Поцеловал ее ушко и шею, затем лицо, слизал соленые слезы, тихо шепча:

– Ш-ш-ш-ш, все хорошо. Уже все. Больше больно не будет.

Поцеловал ее губы и стал потихоньку двигаться, плавно и медленно, дабы лишний раз не причинять дискомфорт. И с радостью заметил, что Али буквально через несколько минут стала отвечать на мой поцелуй, сама насаживаясь на мой член.

Очень быстро мы вдвоем достигли разрядки.

Это был прекрасный вечер, переходящий в ночь.

* * *

Из воспоминаний меня вырвал стук в дверь. Повернул только голову, так как такие воспоминания просто не проходят, и ширинка штанов причиняла дискомфорт моему вставшему члену, я посмотрел на дверь.

В дверях стоял отец. Он, ничего мне не говоря, зашел и сел на диванчик, закрыл руками лицо, провел по нему несколько раз.