Дары Богов

Если она не понравится ему, её ждёт страшная участь. Трясущимися руками она начала развязывать фартук.

– Прекрати! – яростно бросил он и ударил по руке. – На тебя неприятно смотреть!

Господин подошёл к двери, бормоча вполголоса ругательства, и приказал стражникам привести управляющего.

Мина тряслась, тёрла руку и пыталась успокоиться. Теперь страшно было даже взглянуть на бессмертного.

В комнату вошёл Тобо.

– Вы меня звали, мой господин? – кланялся управляющий.

– Да, звал. Что это такое? – господин повысил голос и жестом указал на неё.

 – Как ты мог притащить её с рынка? Тебе глаза завязали? Куда ты смотрел?

Мина стояла молча, пытаясь скрыть дрожь и подавляя слёзы.

– Мой господин, – начал оправдываться Тобо, – если её приодеть и причесать, то она превратится в красавицу.

– Тоффи тебе всунул эту девчонку, лишь бы денег с тебя содрать! Она ни на что не годится!

– Мой господин, Тоффи сказал, что выбрал для вас лучшую девушку. Это жемчужина, поднятая со дна океана… – лепетал управляющий, повторяя слова работорговца.

Мина стиснула зубы и зажмурилась, но слёзы предательски срывались вниз. Она сжимала и разжимала пальцы на руке, чтобы убедиться, что ничего не сломано, и молила Святую Алану о том, чтобы её не разлучили с матерью, и уже было не важно, что с ней сделают, только бы не вышвырнули из дворца.

– Скажи моему портному, пусть сошьёт ей несколько платьев, – проговорил господин Ксант, перейдя на более спокойный тон, – сделай что-нибудь с её волосами и проследи, чтобы она не выполняла никакой работы: её руки сейчас отвратительны!

Мина вышла из покоев господина и дала волю слезам.

Ей нужно было настроить себя правильно и незамедлительно подчиниться любому приказу господина, каким бы он мерзким ей ни показался. Хорошая жизнь, какая была у неё в поместье госпожи Дилаи, закончилась, и следовало это усвоить. Ей и без того крупно повезло. Может, многие девушки мечтали оказаться на её месте. Лоя до последнего не желала покидать дворец, значит, тут не так уж плохо. А у неё слёзы льются ручьём. Она торопливо шла по коридору, зажимая рвущиеся из груди крики и желая поскорее где-нибудь укрыться. Сейчас она рядом с матерью, и это главное. Мина решила ничего ей не рассказывать, незачем лишний раз её тревожить.

– Проклятье! – услышала она, вспомнила про ведро и прибавила шагу.

* * *

Кто же из непутёвых слуг додумался оставить ведро с водой в переднем зале? Холодная вода затекла в ботинок. Сат снова выругался.