Жестокий эксперимент

Наконец он снимает с себя футболку, отбрасывает ее в сторону, снова впивается в мои губы, и мы вместе падаем на кровать.

Что это было? Эффект от цитрусового микса? Голова раскалывалась на тысячу частей.

Я пыталась проморгаться и избавиться от сонной пелены, все еще стоявшей перед глазами. Пришлось хорошенько потереть веки пальцами, чтобы окончательно отогнать цепкий мир грез. Все вокруг было красно-коричневым: шкафы, полки, прикроватная тумба. Даже на потолок не пожалели бордовой краски. У того, кто создавал интерьер этой комнатенки, были явные проблемы со вкусом и здравым смыслом.

От этого темно-красного цвета тошнило. Я приподнялась на локте и увидела себя в большом зеркале, приделанном к дверце платяного шкафа. Алое покрывало пришлось натянуть до шеи, чтобы спрятать под ним наготу. Неужели я натворила дел прошлым вечером? Или днем. Или час назад.

Я обернулась. Возле меня лежал парень с широкой спиной и темными волосами.

Качало и мутило. Я пыталась вспомнить, где нахожусь. Боль в голове начала утихать.

Бордовые полупрозрачные занавески не закрывали круглого окна, и оттуда в комнату проникал дневной свет.

Мы на корабле. Или на яхте. Короче – в море. А вот на этого мужчину я сама набросилась как голодная кошка. Не помню, чтобы я поступала так раньше: тащила в постель первого встречного. Какой стыд!

Мой кавалер обернулся. Он наверняка счел меня легкомысленной и доступной женщиной. Я отвернулась, чтобы не ловить его взгляд. Чувствовала я себя последней дрянью. Может, моя мать была права, когда называла меня гулящей?

– Как спалось?

– Нормально, – ответила я, пытаясь скрыть за напускным весельем свою неловкость.

 – Не помнишь, куда я швырнула платье?

– Под дверью остались твои брюки.

Ох…

Я была в розовых брюках, обтягивавших мой почти идеальный зад, и легкой рубашке в мелкую клетку. Минималистичный белый купальник валялся посреди комнаты на бордовом ковре.

Мне надо было одеться, а мужчина никак не отворачивался. Я совсем не помнила, что случилось между нами.

Наверное, что-то неприличное. Но мне не хотелось скидывать покрывало и показывать незнакомцу обнаженное тело. Я ведь его совсем не знала. Помнила только его улыбку, густые брови, одну из которых рассек шрам, и глупый вопрос о коктейле. И правда, куда я дела эту оранжево-красную смесь?

– Тебе не надо умыться? – спросила я в надежде, что он уйдет в туалет, а я быстро схвачу свои вещи и как-нибудь под покрывалом нацеплю их на себя.

– Нет.

Не прокатило.