Город мудрых дев. Мозаика монастырской жизни

Вбегает кто-нибудь из тамбура с криком: «Контролёры!», – и мы все играем в зайчиков. Иногда даже приходится спрыгивать на какой-нибудь станции и ждать следующий поезд. В Лигово всегда торгуют на улице разными старыми часами и магнитофонами, книжками. Мы возили туда котят, а соседка тётя Таня- астры.

Очень интересно проезжать мимо станции со старыми вагонами – Депо. Почему у них выбиты стёкла, и никто их не ремонтирует? Вот как вырасту, залезу в такой вагон и поеду в Индию. Взрослым всё можно.

Ещё люблю чебуреки и горячие пирожки. Покупаем их на Балтийском вокзале, кладем в сумку и спешим в метро! Какое же оно красивое!

– Наша ветка красная, Верочка, запомни, – говорит бабушка. Это дворцы под землёй, а мы все гости, едем по подземному городу гномов. Да, я читала книги, всё знаю. И даже про то, что там в войну прятались от бомб ленинградцы. Наш город – единственный город на  Земле,  так мне кажется. Где-то на его окраинах начинается Москва, Ричмонд – там наш дед Олег, – и где-то в пригородах живут французы, африканцы и певица Алла Пугачёва.

Вот бы  с ней познакомиться! И с Пушкниым!

А иногда мне кажется, что весь мир мне снится. И это я его придумала. Бывает, что мы с бабушкой не садимся в метро, а едем на красном трамвае. Проезжаем Никольский собор, очень красиво там, Театральную площадь, мост Лейтенанта Шмидта. Ледокол «Красин» стоит на причале, а из другого окна Ростральные колонны и Кунсткамера. Туда, пожалуй, больше не пойду, жуть как страшно.

Да, есть на свете только один город – Ленинград.

1999

Я люблю надевать бабушкину куртку, когда иду на колонку за водой и когда пилю дрова. Моя рука каждый раз нащупывает бабушкины сигареты в кармане. Спички тут же. В подсознание закрадывается мысль: а почему бы и не покурить? Вот было бы здорово стать крутой девчонкой. Многие взрослые курят: они независимы и выглядят эффектно, как в кино про бандитов.

Мои друзья-приятели вокруг почти все уже пробовали.

Достала из пачки сигарету. Помяла в руках, понюхала с разных сторон. Покрутила в руках спички. Но какой-то благой внутренний голос ласково стал говорить мне. «Это же зло. Начнёшь – не отвяжешься. Будешь врать и краснеть, и снова врать. Будешь искать деньги на сигареты. А что подумает мама? А мама и папа ведь не курят. Они заплачут». Уверена, эти размышления влагал в мое сердце Ангел-хранитель. Пробовать я не стала.