Город мудрых дев. Мозаика монастырской жизни

Мужчины, почему вы не понимаете своего счастья! Если вы верите всей душой и у вас нет канонических препятствий – вы не имеете права не служить!

Утешал духовный отец, и смеялся, и вздыхал: «Прочитай в Священном Писании, солнышко, там про всех и каждого из христиан сказано: «Вы народ избранный, царственное священство, люди, взятые в удел». Что же ты скорбишь! И ты священник! В своей душе создай храм и совершай литургию благодарения в сердце, люби и служи другим – ближним и дальним, любым людям, оказавшимся рядом.

Воспряла духом – любое служение освящено Богом! Смирилась, быть может. Тогда же появилась мысль, или скорее вспомнилась, (она всегда присутствовала где-то в глубине сознания с детства): не можешь быть священником, успокойся. И для тебя есть похожий в чем-то путь – ты можешь стать монахиней – жизнерадостной, деятельной и вдохновляющей! Ведь и такие (непременно!!!) должны быть на свете.

Теперь, уже бодро шагая или, порой, через силу ползая по иноческому пути, не жалею о своем выборе, хоть и продолжаю с улыбкой носить в сердце  непрошедшую печаль по несбыточному священству.

Премудрый Господь устроил под стать моей натуре в монастыре особые послушания: радовать и просвещать детишек в воскресной школе, проводить экскурсии светским туристам и верующим паломникам, выпекать просфоры и петь на клиросе, заведовать книгами и учиться на богословских курсах: «Чем бы дитя не тешилось – лишь бы не унывало» – как любит говорить мой духовный отец.

Недавно читала у мудреца о том, что люди по глубине своего мышления делятся на философов, анализаторов и практиков: интерес первых к жизни надмирно парит над реальностью и недалёк от познания Бога; ум вторых вертится исключительно в сферах научных, исторических и практических, и, наконец, «практики», представленные большинством, живущее сиюминутным потреблением.

Признаюсь, что нет во мне глубины философа. Я лишь собиратель фактов, поэтому, дорогой читатель, вы не найдете в этом сочинении философских обобщений и духовных назиданий.

Два десятилетия из трех я провела в Северной столице. Моими друзьями были интеллигенты-творцы, нестандартно мыслящие художники и музыканты. Интересно, что всё это время я словно совсем не знала России, не чувствовала её души.