Когда побегут мурашки

Родители работали до изнеможения, приращивая капитал к своей далеко не скудной жизни, а сын, часто оставаясь один, учился самостоятельности и многое умел в своей короткой жизни, хотя и считался принцем. Не открываясь никому кроме лучшего и единственного друга, он рос и взрослел крепким бутоном гладиолуса, ожидающим света и тепла, чтобы раскрыться чёрно-белым цветком в удивительный и одновременно отвратительный мир.

Завалившись в кровать с телефоном, потомок старинного благородного рода, листал страницы, даже не вглядываясь в них, потому что мысли плыли другим руслом.

Ещё плавное, но уже тронутое вечерним бризом, оно несло неожиданные испарения извилин не к берегу, а в глубину, отчего обширный, но редко используемый до границ, чаще до середины, словарь человеческих и нечеловеческих изречений, засиял полузабытыми названиями и фразами: типа: не такая, как все и любовь.

Конечно, все выуженные, из сопротивляющегося мозга слова, ставились под знак вопроса и мучительные сомнения, но носитель красивой и шальной головы чувствовал, что что-то перевернулось в нём.

Как долго продлиться это, внезапно наплывшее состояние, он не знал. Но, ощущение, что он рад этому наплыву, не покидало его весь вечер и породило угрозу, чего-то надвигающегося и огромного, как шикарная люстра в гостиной.

Тряхнув, уставшей думать, головой, набрал номер Антона.

Они встретились у застеклённого кафе, недалеко от школы и хотя, название его: «Кофеварка», несколько отталкивало, здесь было чисто, уютно и вкусно кормили.

Друзья часто заглядывали сюда, чтобы перекусить после уроков или вечером, как сейчас.

– Поедим? У меня волчий голод, – пожаловался Дима.

– Я тоже не ужинал, но что-то аппетита нет. Посижу с тобой.

Зал был заполнен, почти до отказа. Они нашли свободные, далеко не лучшие места в углу людского аквариума и уселись на мягкие стулья. Антон оглядывал зал, а Дима, не проявляя интереса к окружению, листал тонкую кожаную папку, куда были вшиты листки с меню.

– Что там ищешь? Всё равно закажешь свои любимые пончики с мёдом. Стоит ли, стирать пальцы о бумагу, – недовольно высказался Антон. Он нервничал.

– Настроение на нуле, аппетита нет. Что с тобой? Ты трескал всё подряд и за троих. Что случилось?

– Не знаю, всё осточертело. Скука.

– Сегодня, на набережной, презентация нового сингла молотков. Пойдём? – предложил Дима, подзывая молоденькую официантку.