Любовь к драконам наказуема

Я неуклюже приподняла пышную юбку и выставила одну ногу вперед.

– Зелфа, сделай, пожалуйста, каблук повыше, – настояла я и пояснила: – Не хочу казаться карлицей по сравнению с Владыкой.

Служанка послушно выполнила мою просьбу.

– И шпильки бы! Они к этой юбке лучше подходят, – продолжила следом и кивнула: – Тонкий каблучок выглядит женственнее.

Зелфа махнула рукой, и я с улыбкой увидела в отражении зеркала подходящий острый каблук.

«На таких далеко, конечно, не убежишь, – задумчиво пробормотала про себя.

 – Зато если шибануть шпилькой Владыку в висок…»

Внезапно на моей голове что-то против воли завертелось. Я ждала фату, но вместо нее, на волосы легла замысловатая диадема, похожая на венок из тонких прутьев с бриллиантами. Камни заиграли сверкающими бликами, и я здраво рассудила: если получится сбежать, то я выживу. Продам этот сияющий «подарок» и неплохо заживу. Дело за малым – сбежать!

Перед глазами забелела пелена, и спустя мгновение, она обрела физическое очертание.

На мою голову сверху упала шелковая фата и спустилась по плечам многослойными складками.

Я недобро фыркнула, осознав, что с каждой минутой все больше удаляюсь от свободной жизни, и беспокойно уставилась в зеркало.

Мои угольно-черные волосы резко контрастировали с белоснежным нарядом.

«И как вообще мама додумалась назвать меня Светой? – буркнула про себя. – Это имя больше для блондинок подходит».

Черные волосы, темно-карие глаза и белоснежная кожа.

Какая из меня Светлана?

Я отвернулась от зеркала и смахнула выступившую слезу. Неужели я больше никогда не увижу маму?! Даже думать об этом не стану!

– Зелфа, – взглянула я на служанку. – Если ты умеешь колдовать, то почему не создашь новое платье для себя? Посмотри, твое трещит по швам. Да и горб могла бы себе убрать, стать настоящей красоткой!

– Какой еще горб?! – женщина беспокойно завертелась у зеркала, словно я её оклеветала. – Не выдумывайте!

Я часто заморгала.

Зелфа как-то по-другому себя видит?

– Да вот же горб! – я аккуратно дотронулась до спины служанки. – А на боку у тебя ткань по шву разошлась. Нитки торчат с двух сторон.

Я бестактно провела пальцем по разъехавшемуся шву на спине у женщины.

– И тут вот – тоже разошлось! – буркнула ей.

– Я – тень Владыки, госпожа, – женщина обернулась и сжала мои пальцы крепкими, почти мужскими, ладонями. – Его творение, его искра. Я вижу себя совершенной.