Салехандр-2. Вторжение

 – Тогда…

– Как-нибудь в другой раз.

– Пока, – Джессика повернулась к выходу.

– Джессика, мне, правда, жаль.

– Ничего. До встречи.

Подруга попыталась ей хоть как-то улыбнуться и ушла.

*** ***

Глубокий вечер. Всё вокруг потемнело. Солнце зашло за горизонт, забрав в себя весь свет и тепло, присутствовавшее днём. Эмма собиралась.

Внезапно она увидела, что дверях кто-то стоял. Её сердце бешено заколотилось. Ей вдруг сделалось страшно. Силуэт приближался, и вскоре стало понятно, что стоит там высокая девушка.

Её длинные синие волосы развевались по ветру. Она была стройна и легка. Её выразительные глаза осматривали помещение. И Эмму.

Эмма дрогнула. Под взглядом этой девушки её будто пронзило. Она чувствовала, что стоит с родным человеком, но в то же время очень далёким. Синеволосая девушка подошла ближе. А за ней Эмма увидела троих знакомых ей людей. Остина и Райана она знала достаточно хорошо. Джеймса она видела всего один раз.

Остин улыбнулся ей. Алисия всё ещё смотрела на Эмму, которая пыталась вспомнить, откуда же эта девушка так знакома.

Райан хотел сделать так, чтобы Эмма его не узнала. Но девушка очень хорошо его запомнила.

– Ты Эмма Маккиберлан? – спросила Алисия у Эммы.

– Ну, нет, – слегка засмущалась девушка. – Дьюлис.

– Ты…

Алисия смотрела на неё в полнейшем недоумении. Джеймс подошёл к ней, он хотел её обнять, но ограничился ободряющим кивком. Остин подошёл к Алисии.

– Что случилось? Почему тебя так взволновала её фамилия?

– Я…

– Потому что она моя сестра, – опередила её Эмма.

Остин и Райан сначала уставились на Эмму, затем на Алисию. Та им кивнула и улыбнулась.

– Это действительно так? – спросил Остин.

– Да. Я Алисия Дьюлис, – улыбнулась девушка. – Моего папу звали Джон, маму Роза.

– Да, – Эмма опустила голову. – Наши родители умерли.

*** ***

– Я уже не помню, как это случилось. Помню лишь ощущение боли и холода. На время я стала им. Стала ветром. Но потом жизнь вернулась ко мне.

Это был мрачный вечер.

Эмма и Алисия сидели в кафе рядом друг с другом. Они разговаривали. Эмма с трудом верила в то, что с ней сидит её родная сестра, что она не умерла, а стала такой, как Макс. Слёзы текли по её щекам, ведь столько лет она чувствовала себя перед ней виноватой. Она хотела обнять Алисию, почувствовать тепло родного человека, но боялась это сделать. Они были родными, но настолько были далеки друг от друга, что, казалось, кроме прошлого, им было не о чем говорить.