Салехандр-2. Вторжение

Только оказавшись в центре, Эмма поняла, что кухня на самом деле была большой, но была разделена на два помещения широкой круглой аркой. За проёмом была та часть кухни, где готовили еду, а Эмма и Руберт уже были в «столовой». На столе была накрыта еда. Руберт усадил Эмму и сел напротив. Эмма отметила, что ужин был подан красиво, и у блюда был такой аппетитный аромат, что захотелось скорее всё съесть.

Эмма посмотрела на Руберта и увидела, что он смотрит на неё. Руберт выглядел как джентльмен. На нём была кристально белая рубашка, чуть расстёгнутая у шеи.

Он не носил галстук, надевал его только в самых редких случаях. На нём были чёрные классические брюки. А украшением на нём были дорогие и стильные часы на руке, которые придавали его образу своеобразную неповторимость. От Руберта вкусно пахло, даже на приличном расстоянии от него Эмма ощущала этот аромат цитрусовых, придающий свежесть. Чуть растрёпанная причёска и образовавшиеся на волосах лёгкие кудряшки привносили в образ Руберта немного романтичности.

– Так значит, мы договорились? – прожевав пищу, спросил он. – Ты точно станешь учиться на юриста?

– Да, стану. Только ты должен согласиться на уступки.

– Какие? – поинтересовался Руберт.

– Я каждый месяц буду оплачивать тебе определённую сумму денег.

– Эмма…

– Нет, выслушай меня, Руберт, – перебила его девушка. – Я не из тех, кто сидит на шее у кого-то. Я хочу знать, что ничего никому не должна. Мне это необходимо. Ты ведь понимаешь?

– Понимаю, – кивнул Руберт. – Ну, раз так… Я согласен.

Главное, чтобы тебе было удобно.

– Я буду выплачивать тебе половину моей зарплаты.

– Ты хочешь быть должной Маккиберланам?

– Я им многое должна. Но ни разу не слышала от них хоть слова упрёка. Да, я у них живу. И… понимаешь, они любят меня, как дочку.

– Но ведь многое может измениться. С тех пор как ты стала общаться со мной, многие к тебе изменили своё отношение. В том числе и Маккиберланы. Возможно, сейчас им просто будет неудобно выгнать тебя. Ведь их сын любил тебя.

Они не расстаются с тобой из уважения к Максу.

Услышав имя любимого из уст Руберта, девушка вздрогнула. Нет, Руберт ничем не намекал, что испытывал к Максу неприязнь. На его лице ничего не изменилось. Наоборот, Эмме показалось, что Руберт произносит его имя с каким-то удовольствием.

От этого её передёрнуло. Может эта странная непонятная нотка была горечью. Ведь Макс был его братом по настоящему отцу. Вот только этого настоящего отца Макс не признавал.