Материя моей юности. Сборник рассказов

В том, что я повелительница драконов, было больше правды, чем в том, что из меня слепили ожидания родителей. Защитница земли от алых демонов хотя бы говорила моими словами, страдала за свои оборванные мечты. Меня били со всех сторон за неудачу. Выдуманная матерью личность стонала в агонии за то, что у меня не выходит ею быть. Моя мать в истерике сжигала мое «я», поливая меня чувством вины, как керосином. А я бросала в него искру, осознавая, что не знаю, где-кто-что-почему я. Вспышка – атака. На меня нападает повелительница драконов.

От запаха нарциссов болит голова.

Мне 22. Я красива и юна. На моих веках лежат блестки – они стекают к пухлым губам, смоченным винной помадой. Мои пальцы перебирают густые гладкие волосы. Я улыбаюсь подруге, которая меня любит. Скоро придут ребята, и будет тусовка, как из подростковых сериалов, которыми я упивалась несколько лет назад. Свежий августовский ветер немного морозит румяные скулы. Я немного озябла, что-то подрагивает внутри. Звонок в дверь – пришли друзья.

Поворот ключа в замке – а я на полу: валяюсь скомканная, как грязное белье. В голове одно – помогите. Мне хочется позвать маму…

Нарциссы отцвели, но у меня до сих пор болит голова.

Желток

Обрадовалась тому, что смогла одной рукой разломить яичную скорлупу и вылить ровный желток на сковороду. Это начало чего-то? Когда мои духовные радости превратились в пустые скорлупки на столе. Сижу и смотрю на их полость. Секрет в том, чтобы начать болтушку с белков и только в самом конце разбить пухлые желтки.

Немного соли, сушеного чеснока – пусть желтки станут маслом в манной каше. Не спеши часто мешать – пусть припечется с одной стороны, а снаружи будет влажным, как сок раны. Тут в ход идёт чеддер – как начнёт тянуться за лопаткой, снимай с плиты. Рецепт идеальной болтушки. Не жди воздушных комков – моя яичница тяжёлая и сочная, она мокнет и тянется, течёт оранжевой кровью с вилки.

Столько забот в каждом дне. Нужно не забывать есть, мыться, не толстеть, хорошо питаться, заниматься спортом, ухаживать за кожей, краситься, не быть грубой, уметь стоять за себя, улыбаться.

Я все забываю понемногу: то улыбку в другой куртке, то поесть после душа. Бегу и опаздываю, не спешу и теряюсь. Все теряется и затирается, как любимые джинсы в паху.

Я так любила лица – припухлые, тонкие, чистые, в акне, с родинками или зубной пастой, морщинистые и гладкие до зависти. Теперь все усреднилось – я всех знаю, я все это видела.